Сердце полемарха

Привязав коня к коновязи, подошёл к широкой, сделанной из крепкого дерева, двери.

Громко стукнув по ней несколько раз, замер в ожидании.

Не прошло и пяти минут, как створка чуть приоткрылась и на него посмотрели полные непонятной тревоги глаза раба.

- Приветствую вас, господин! - рассмотрев незваного гостя и его наряд, он понял, что перед ним непростой человек и почтительно, чуть ли не подобострастно поклонился, чуть шире приоткрывая дверь, - хозяин изволит отдыхать. Солнце в самом зените - время сна, - торопливо доложил он.

- Ты думаешь, мне есть дело до сиесты твоего хозяина? - холодный строгий голос Геракла вызвал дрожь страха у слуги-раба. - Иди и доложи, что полемарх Алкей Арис прибыл для важного разговора с ним.

Раб, снова поспешно склонившись, пробормотал:

- Сейчас, сейчас, господин, я его извещу о вашем прибытии. - Проходите в перистиль, подождите у фонтана, вам вынесут прохладной воды.

Геракл прошёл во внутренний двор и опустился на каменную скамью у небольшого фонтана, здесь, благодаря тени деревьев, было прохладно и не так душно, как по ту сторону изгороди.

""Насколько же слабы смертные, - подумал про себя Геракл, с удовольствием вытягивая длинные мускулистые ноги, - ещё одно сражение, из которого я выйду победителем, подарит мне второй доро"".

Эта мысль утешила и примирила на некоторое время с неприятной действительностью. Но он не жалел о своём выборе. Предложи ему Зевс сейчас вернуться назад, Алкей-Геракл всё равно бы отказался. Нужно помочь эллинам отстоять свободу и не стать рабами для персов.

- Господин, - к нему подошёл юноша в тёмной тунике раба и с поклоном протянул глубокую миску.

Алкей благодарно кивнул, забирая у того чашу. Вода и правда оказалась освежающе прохладной, вкусной и утоляющей жажду.

- Повелитель полемарх Алкей, - со стороны главного входа в дом, к нему спешил раб, что открыл для него дверь. - Господин Джонас ожидает вас, следуйте за мной.

Положив на скамью опустевшую чашу, Геракл легко с неё поднялся и отправился за слугой, шедшего на пару шагов впереди.

Комната Джонаса была большой с окнами, выходившими в перистиль. Из них прекрасно было видно и фонтан и скамью, где пару минут назад сидел Геракл. Брат Менедема точно сначала оценил гостя, сделал выводы и теперь приветливо, льстиво улыбался.

Джонас встречал гостя улыбаясь, стоя в центре помещения. Как он ещё удержался и не кинулся вошедшему воину с раскрытыми объятиями - не понятно.