Пурпурная Лилия, или Сломай меня, если сможешь

Я боялась, что нас найдут. Молилась, чтобы Хель не попала в ловушку. И постоянно возвращалась мыслями к отцу и тем, кто остался на Стене.

Скоро им придётся встретиться с орками… Я знала, что сил защитников хватит, чтобы противостоять им, но всё же сильно волновалась.

— Рейвен, — позади раздался голос Дамира и я невольно вздрогнула.

Он намеревался всю ночь дежурить самостоятельно, но я всё равно не могла уснуть, поэтому объявила, что будем сигналить по очереди. Для этого и выбралась из укрытия, но немного задумалась и так и не поднесла рог к губам.

— Прости, — смутилась. — Я не слышала других сигналов и растерялась. Может уже не стоит…

Внезапно раздался тройной свист. Нет, нас продолжали искать. Даже наступление не отвлекло их и не заставило забыть о кровной мести.

Я зябко поёжилась и трижды дунула в рог. Ночи в Килграхе оказались очень холодными. В полночь мне даже показалось, что пришла зима и всё вокруг засыпало снегом.

Не спасали даже тепловые кристаллы. Я не могла подойти к ним слишком близко, боялась, что одежда испортится из-за магии, а переодеться было не во что.

Зато за час до рассвета воздухначал стремительно нагреваться. Словно кто-то растопил поблизости печку. Дамир предупреждал, что так и будет.

— Здесь теплее, — улыбнулась, вдыхая напитанный магией воздух.

Свежий, бодрящий, в нём плясали уже знакомые нотки медовых плодов и трав, но проскальзывала и далёкая горечь дыма.

Меня даже посетила шальная мысль, а не воспользоваться ли нам этим, чтобы тоже разжечь огонь, но Дамир запретил. Дым орков шёл только с одной стороны. Если увидят вдали ещё один костёр, сразу засекут нас.

— Хель возвращается, — Дамир подошёл ко мне, набрасывая на плечи свою куртку и обнимая. — Ты всё ещё дрожишь…

— Это нервы, а не холод, — призналась.

До этой ночи я считала себя очень храброй. Но сражаться с монстрами, стоя плечом к плечу с остальными воинами — это одно. А трястись от ужаса в лесу, кишащем орками и разными тварями, зная, что тебя загоняют словно дичь, совершенно другое.

В эту жуткую ночь берлога каменной медведицы стала для меня крепостью и целым миром. Не представляю, как бы мы выжили за её пределами.

— Хель удалось связаться с остальными? — обернулась к Дамиру.