#Бояръ-Аниме. Газлайтер. Том 20

Связываюсь с королём Кенрисом, который сообщает: остатки нежити на западе уничтожены, за исключением группы некромантов, укрывшихся в одном из замков лягушканоидов.

— Некромантов не трогать! — спохватываюсь я, не раздумывая. — Я сам ими займусь!

Осажденные — потенциальное пополнение для когорты «Некромантия» в Легионе. Упускать такой шанс просто нельзя! Мои перепончатые пальцы, вот никак нельзя, а то меня Жора не поймет! Я отдаю приказ взять замок в осаду и ограничить действия некромантов, но не уничтожать их. Ни в коем случае!

— Пусть сидят запертыми, — добавляю я.

Проверяю и ханьцев — мало ли что. Полёт Дракона я им обещал, и не хотелось бы чтобы ни за что. Только вот они сами первыми выходят на связь. Говорят, что Ци-ван хочет убедиться, что я выполню своё обещание.

— Про полёт, что ли? — отзываюсь. — Конечно, я сдержу своё слово. Я ж дворянин. Только вы сперва отчитайтесь о выполнении целей."

"Ханьцы и отчитываются. Не идеально, конечно, но приемлемо.

Едва разговор заканчивается, как в кабинете наконец появляются два ожидаемых гостя. Правда, без стука, просто открыли дверь и вошли как к себе домой, но кто их знает, может у них так принято. Этот момент можно уточнить.

— Организаторы, а вас стучаться что ли не учили? — хмыкаю.

Темнокожая женщина Масаса и огромный мохнатый йети Норомос переглядываются.

Затем Масаса резко приближается ко мне и нависает над столом. Ее указательный палец чуть не упирается мне в грудь.

— Ты совсем рехнулся, конунг⁈ Как ты посмел привезти полки со своего мира⁈ Мы ясно дали тебе понять, что Боевой материк находится в изоляции! Ты нарушил все условия!

Я спокойно встречаю её взгляд, не вставая, даже наоборот откинувшись на спинку кресла, и парирую с лёгкой усмешкой:

— А вы, как я погляжу, предпочитаете начинать разговоры с наезда? Условия, говорите? Эти ваши условия давно нарушены.

Масаса сверлит меня горящим взглядом, в котором читается недоверие и раздражение. Она не верит ни одному моему слову. Рядом стоит Норомос, его массивная фигура остаётся неподвижной, но из ноздрей медленно валит пар, словно он только что вдохнул морозный воздух.