#Бояръ-Аниме. Газлайтер. Том 20

Просканировав сознание бойца без щита, я нашел ответ — за нападением стоит боярин Годунов. Моё лицо расплывается в хищной улыбке. Ну что ж, боярин, зря ты это начал.

* * *Ресторан «Сосны», Москва

Годунов сидит в полутёмном зале московского ресторана напротив странного собеседника. Этот человек… или скорее существо, вызывает у него смутное беспокойство. Дроу, утончённый, но с заметной аурой могущества, даже за столом выглядит так, будто способен снести всех в радиусе нескольких километров одним движением. Его ранг, судя по исходящему от него давлению, без сомнений грандмастерский.

Однако есть в нём что-то необычное. Как он неуклюже разглядывает нож и вилку, как непривычно подносит бокал к губам, словно все эти предметы для него — новая загадка. Не говоря уже о мобильном телефоне, который он лишь мельком осмотрел, презрительно сморщившись. Всё его поведение кричит о том, что он пришёл из другого мира.

Годунов хмурится, разрывая тягостное молчание:

— Ваши артефакты пригодились. Но почему вы решили помочь мне?

Дроу с явным недоумением разглядывает салфетку, будто пытаясь понять её предназначение, а затем, не найдя лучшего применения, засовывает её в рот и начинает жевать.

— Всему виной любопытство. Хочу посмотреть, на что способен человек, который заинтересовал Багрового Властелина.

Годунов напрягается ещё сильнее.

— А как вы вышли на меня? — с нажимом спрашивает он. — Откуда узнали, что я… ну, скажем так, не питаю симпатий к этому Филинову?

Лорд дроу лениво улыбается, словно Годунов задаёт ему детские вопросы.

— Провидение, — произносит он, закончив «десерт». — Один из моих телепатов заглянул в будущее. Они видели, как ты, Годунов, погибнешь в войне с этим… как ты его называешь? Филиновым?

У Годунова моментально бледнеет лицо. Он подавленно выдыхает:

— Если вы это знали, почему позволили мне ввязаться в конфликт?

Дроу отвечает сухим хмыком, его глаза сверкают опасным, жёстким блеском:

— Потому что мне наплевать на твою жизнь.

Глава 3

Восточная обитель, Антарктида

Тишину ледяной комнаты нарушает тихий перезвон пробирок в руках двух монахов.