Предатель. Ты не знаешь о сыне

Я замялась. Синие глаза смотрели на меня с осуждением, даже обидой.

Да, поверила. А что мне оставалось делать? Всё было так похоже на правду…

— З-зачем? — прошептала я, чувствуя, как собирается ком в горле.

— А ты не догадываешься? — снова обернулся он на меня. — Хотели нас развести. Мой отец и твой отчим требовали, чтобы я расстался с тобой. И сделал это сам. И так, чтобы ты меня не искала, а если бы я сорвался и не сдержал бы слово, и стал искать тебя сам, то ты бы мне просто не поверила и послала бы куда подальше.

— Я не понимаю… — прошептала я. — Неужели можно так играть чужими судьбами?

— Где есть большие деньги, там нет правил, — заметил Архип. — Но выбора у меня не было. Мне пришлось плясать под их дудку, потому что ничего я против них не мог. Они… Говорили, что ты исчезнешь навсегда, если я не оставлю тебя. И ещё долго держали меня этим на поводке. Целые годы… Пока отец не сдал. Я набирал силу, а он слабел.

— Нет… — прошептала я.

Всё, что говорил Архип, было настолько ужасно и дико, что моя голова просто отказывалась принимать такую правду. Подобного я не ожидала…"

"— Да, Динка наняла ему сиделку. Он больше ничего не может и всё своё влияние потерял. А мой отец давно лишился всех должностей, и наши семьи держит на плаву только мой бизнес.

Я подняла глаза на Архипа. Вот как всё обернулось.

Я разглядывала мою первую любовь словно бы под другим углом. Заметила то, чего раньше не замечала — Архип выглядел серьёзнее и старше своих лет и сверстников. Он словно постарел на десять лет с тех пор, как мы виделись. Наверное, то, что прошли мы, любого сломит… Хоть кого состарит боль и страх.

Он не хотел расставаться. Он не хотел предавать.

Я видела, чувствовала, что он не лжёт. Но…поздно. Это всё уже не имеет значения.

— Я не думал, что они до такого опустятся, — продолжал делиться со мной Архип, и мне периодами казалось, что мы вернулись в прошлое. Снова молодые и сидим там, в съёмной квартире, где всё могло быть иначе, если бы два Карабаса-Барабаса не решили сыграть партию нашими жизнями на шахматной доске… — Что начнут угрожать твоей жизни, быстро смекнув, что на мою мне плевать. Я испугался только за тебя.