Предатель. Ты не знаешь о сыне

Ветров стоял над душой, наблюдая за мной. Смотрел, как я массирую ногу.

— Уверены, что не надо в больницу? — проговорил он тихо."

"— Уверена, — процедила в ответ, перестав мять ногу, вскинула на него взгляд. — Скоро я буду в порядке. Уже легче. Никит, не надо лед, — ахнула я, когда муж вернулся с кусочками льда, завернутыми в полотенце, уселся на диван и устроил ногу на своих коленях, прикладывая к ней импровизированный компресс.

Боже, что он делает? На глазах Ветрова устроил мне тут медобслуживание по высшему разряду.

И ничего его не смущает. Вот только юбка у меня узкая, и мне пришлось извернуться, чтобы сесть подобающе уверенной в себе бизнес-вумен.

Бойся своих желаний, как говорится. Хотела предстать перед Ветровым холодной леди, а по итогу сижу враскорячку с ногой, закинутой на колени мужа. Та еще картина маслом.

— Пойду сварю кофе, — пробормотал Ветров, покидая приемную.

Краснота начала немного спадать с лица, когда он ушел. Вздох облегчения выдал меня с головой. К счастью, муж интерпретировал его по-своему.

Пока мне везло. Но не стоит думать, что будет всегда, и терять бдительность.

— Как нога? — поинтересовался Никита, отнимая сверток со льдом от лодыжки, чем я воспользовалась, чтобы встать. Отряхнула юбку.

— Нормально всё, Никит, спасибо. Я работать пойду.

— Давай, — встал он тоже, подав мне компресс, — я обещал зайти к Симонову с утра, потом работать буду. Ты дай Ветрову папку по контрагентам, он спрашивал, хорошо? Если, конечно, ходить сможешь.

— Могу, конечно могу, — поморщилась я, не желая, чтобы мы возвращались к теме моего падения и боли в ноге.

Суета вокруг меня утомила.

Когда я подошла к кухне, Ветров как раз выходил оттуда с чашкой ароматного кофе в руке. Видимо, сделал себе кофе и предпочел выпить его в кабинете. Мы столкнулись в дверях, и я задрала голову, чтобы посмотреть Архипу в глаза. Я уже и позабыла, какой он высокий.

— Никита Савельевич просил принести вам папку с документами, — официально сказала я ему, на что он кивнул и пропустил меня внутрь кухни, а сам пошел в сторону кабинета.

Я прошла к раковине и выбросила в нее лед, завернутый в полотенце, его же повесила сушиться. Отряхнула руки и вышла из кухни, решив взять со своего стола папку для Ветрова.

Но меня отвлек звонок, на который пришлось ответить, и только после этого я взяла в руки папку и подошла к кабинету.

Дверь была приоткрыта, я шагнула к ней и взялась за ручку, но была остановлена голосом Ветрова. Он говорил по телефону.