Предатель. Ты не знаешь о сыне

Время текло, Никита продолжал стоять, шумно дышать, но не проронил ни слова.

— Ну не молчи же, — сказала я ему. — Как поливать меня дерьмом — так ты первый был. А как признать, что я тебе ничего не обещала — так в кусты? Не будь же трусом, Никита! Где тот мужчина, за которого я выходила замуж, и которым восхищалась? Он всегда готов был достойно принять даже поражение. И он никогда не позволил бы себе опуститься до такого унижения, оскорбления женщины и откровенного вранья из-за ревности.

Иного способа убедить Архипа в том, что я тут ни при чем, я не придумала.

Я уже стала сомневаться, что он сделает то, о чём я его просила.

Никита готов был разрушить мою жизнь, лишь бы я не досталась никому из них.

— Говори, — вдруг сказал Архип, глядя на него враждебно. — Или я выволоку тебя на улицу и там буду тебе бить табло до тех пор, пока ты не сдохнешь. А потом откуплюсь от тюрьмы, а тебя, мрази, уже на свете не станет, и ты мне точно больше не помешаешь.

И Архип схватил Никиту за ворот пиджака…

ГЛАВА 50

Архип выволок его в подъезд, затем мужчины спустились вниз. Видимо, принялись выяснять отношения там, но я их из окна не видела и никаких криков и шума не слышала. Костика они, слава богу, не разбудили пока, я проверила — он спал.

Поправила его плед и вышла из спальни, прикрыв дверь плотнее и там, и в зале — повезло, что и в гостиной двери имелись.

Я стояла у окна в попытках хоть что-нибудь разглядеть минут двадцать. Но ничего так и не увидела, пока Архип вдруг не вернулся сам.

Один.

Дверь я не заперла, так и думала, что он вернётся потом…

Ветров тихо запер её сам и прошёл в кухню, в которой тоже прикрыл дверь.

Кажется, сейчас будет сложный разговор, судя по непередаваемому выражению лица Ветрова, и Костику ни к чему его слушать, конечно…"

"Я вгляделась в него — ни на лице, ни на теле не нашла видимых следов драки.

Значит, они договорились без кулаков.

Удивительно…

Только о чём, интересно знать?

Никита отступил?

Он ушёл?

Признался, что солгал?

В голове так и кружились калейдоскопом вопросы. Я не знала, какой озвучить первым, и решила дать Ветрову начать разговор самому.

— Он уехал, — сказал он только одну фразу.

Что ж… К лучшему.