Площадь Согласия. Книга 1

Да, кстати, спуститься вниз можно на лифте! — неожиданно обрадовала она подругу, так как наверх им пришлось подниматься по длинной утомительной лестнице…

…Родственники оказались неожиданно настойчивы: два дня они упорно уговаривали племянницу поступить разумно и согласиться на перевод в Москву. Девушка рассеянно слушала их доводы, со всем соглашалась, но буквально в последний момент упрямо крутила головой: нет.

Возможно, сыграло роль то, что впервые в жизни мама дала возможность дочери сделать самостоятельный выбор, возможно, сама Тамара проявила неожиданную твердость, но тема Москвы была закрыта окончательно.

Много лет спустя она узнала, что на тот момент родственники действительно строили далеко идущие планы: подыскивали невесту отпрыску дипломатической семьи. Будущая жена должна была быть неглупа, недурна, без вредных привычек. Желательно провинциалка, а не москвичка: менее капризна, менее избалованна, зато более покладиста.

Все это Тамаре и ее матери на тот момент было неведомо. В воскресенье вечером раздосадованные родственники уехали ни с чем. А утром следующего дня, завидев под окнами мамину служебную «Волгу», Тамара подхватила дорожную сумку, взяла ключи от входной двери, и вдруг в дом влетела Антонина Степановна.

— Сядь! — буквально рявкнула она с порога.

Тамара безропотно присела на кухонную табуретку. Тон, каким это было сказано, и воинственный вид матери не предвещали ничего хорошего. Внутри все сжалось. Это состояние ей было знакомо с детства: стоило маме повысить голос, как хотелось втянуть голову в плечи, уменьшиться до микроскопических размеров и спрятаться в какую-нибудь щель. Только бы не видеть и не слышать Антонину Степановну в гневе! Самое странное то, что мать и дочь успели попрощаться буквально полчаса назад.

— Мне только что звонил Петр Викторович, — сообщила мать и буквально впилась в дочь взглядом. — Это правда, что ты связалась с плохой компанией? Отвечай!

— Я ни с кем не связалась, — ответила та дрогнувшим голосом.

О том, что декан может позвонить матери, она даже не подумала.

— А вот Петр Викторович утверждает обратное.