Площадь Согласия. Книга 1

 — Елки-палки! Ленка, как специально, мои любимые туфли обула и сумочку взяла! Что делать? Неужто придется теперь на подаренных ей шпильках мучиться?»

Через полчаса с бешено колотящимся сердцем Тамара выпорхнула за ворота, но… никого там не обнаружила. Не зная, что и подумать, она растерянно оглянулась по сторонам и повернулась к общежитию. Вдруг он задержался?

Верно рассчитав ее реакцию, Алексей раздвинул за Тамариной спиной ветки кустов и, стараясь ступать как можно тише, свесил у нее над головой только что сорванную с клумбы розу.

— Мне еще никто не дарил ворованных цветов, — догадалась она о происхождении розы.

— Цветы распускаются для того, чтобы радовать глаз. Но человек — существо любопытное: ему хочется не просто радоваться, а заглянуть в каждый бутон и…

— Ты эту сказку каждой девушке рассказываешь или только для меня сочинил? — вдруг спросила она.

— Так… — хмыкнул он. — Ну и что я, по-твоему, должен ответить на такой вопрос?

Тамара попала в десятку. Красивую байку о распустившемся бутоне придумал Филя, поделился ею с ребятами, а те взяли ее на вооружение.

— Правду!

— Ну, если мы сорвем один цветок на двоих и…

Вдруг он крепко схватил Тамару за руку и с силой потянул в кусты. Та даже охнуть не успела! В придачу ко всему он заставил ее присесть на корточки и пригнуть голову.

— Ты чего?! — почувствовав, как засаднило расцарапанное веткой плечо, бросила она на Алексея недовольный взгляд.

— Тссс! Кравцов! — приставил он палец к губам и показал рукой в сторону спустившейся с крыльца общежития знакомой фигуры.

Поравнявшись с группой шедших по аллее студентов, Петр Викторович остановился и повернулся к застывшей в кустах паре спиной.

— Это может затянуться надолго… Ну, что будем делать? — шепотом спросил Алексей, наблюдая за деканом сквозь раздвинутые ветки.

— Побежали, — устав сидеть на корточках, согласилась Тамара. — Иначе ноги затекут. Только страхуй, я на шпильках.

— Ты же их Ленке подарила?

— Подарила, — слегка смутилась она. — Только Ленка надела мои туфли и куда-то ушла. А эти — одиннадцать сантиметров.

— Ничего себе! — присвистнул Алексей.