Ответный удар

– Вы собираетесь поймать Опал? Снова? Ну, удачи вам. Можете высадить меня на следующем повороте.

Элфи пропустила его слова мимо ушей.

– Сколько у нас времени? – спросила она.

На плазменном экране был калькулятор, но Артемис в нем не нуждался.

– Рудное тело опускается со скоростью пять метров в секунду. То есть одиннадцать миль в час. Если скорость не изменится, рудное тело достигнет параллельного участка приблизительно через девять с половиной часов.

– Через девять часов с этого момента?

– Нет, – поправил её Артемис.

Элфи быстро прошла в кабину, села в кресло пилота и пристегнулась.

– Семь с половиной часов на то, чтобы спасти мир. Разве нет закона, который гласит, что на такие дела надо выделять двадцать четыре часа?

Артемис устроился в кресле второго пилота и тоже застегнул ремень безопасности.

– Не думаю, что Опал обращает внимание на законы, – сказал он. – Кстати, мы можем поговорить во время полёта? Меня интересует кое-что о шаттлах и о взрывчатых веществах.

Глава 10

И коню понятно

Полис-Плаза, Гавань, Нижние Уровни

В полицейском управлении только и говорили, что о зонде Зи-то. На самом деле это позволяло хоть ненадолго отвлечься от недавних печальных событий. Полиция Нижних Уровней достаточно редко теряла своих офицеров, а сейчас лишилась сразу двоих. Жеребкинс очень тяжело переживал утрату. Особенно горько было думать об Элфи Малой. Одно дело – потерять друга на поле боя, но мысль о том, что друга ложно обвиняют в убийстве, была просто невыносимой.

Включился экран системы связи, Жереб-кинса вызывал из наружного офиса один из технических специалистов. Остроконечные уши эльфа дрожали от волнения.

– Зонд опустился на глубину шестьдесят две мили. Не могу поверить, что люди прошли так далеко.

"Жеребкинс тоже не мог в это поверить. Теоретически только через несколько десятилетий люди должны были изобрести лазер, который мог бы пробить земную кору, не спалив половину континента. Что ж, очевидно, Джованни Зито совершил прорыв в науке и изобрёл лазер, нисколько не заботясь о том, что думает некий кентавр об умственных способностях людей.

Жеребкинс даже испытывал лёгкое сожаление от того, что проект Зито придётся прикрыть.