Невеста на сезон, или Кухарка в высшем свете

А уж пахло от них так, что даже до меня это амбре донеслось.

Мимо меня прошла официантка с четырьмя кружками малоприятного по цвету, да и запаху, варева, которые она несла как раз за тот стол.

Худенькая, с востреньким личиком и заплетенными в косу медно-рыжими волосами, она еле-еле смогла отбиться от приставаний оборванцев. Они называли по имени, а значит, были тут завсегдатаями.

Девушку звали Жанной. Она кинула на меня внимательный взгляд, словно удивляясь, каким ветром меня сюда занесло. Что-то в ней было не так… Но я не успела понять, что?

Не внушала доверия и парочка около входа – лысый мужчина с красным носом и вульгарно накрашенная женщина.

– Леди избегают подобных мест, – с осуждением сказала Этикетка.

Не вступая в диалог, я решительно подошла к барной стойке.

– Добрый день! Я хочу увидеть хозяина таверны.

Смазливый парень, жующий смолку, прекратил делать вид, что натирает грязный бокал.

– Нет тут никакого хозяина. У нас хозяйка.

А, вот оно что! Папа продал таверну! Теперь понятно, почему здесь так… ужасно.

Но почему он мне об этом не написал?

Барменщик все-таки позвал трактирщицу. Ею оказалась разбитная женщина лет сорока в неожиданно хорошем для этого места шелковом платье.

Смотрелась она в нем примерно, как леди Гертруда Четвид в своем наряде. Оно ей совершенно не шло.

– Ну, чего тебе? – нелюбезно спросила женщина, блеснув золотым зубом.

– Я ищу бывшего хозяина этой таверны, Питера Клермонта. Я – его дочь, Клара.

Хозяйка вмиг поменялась в лице:

– Я владею этой таверной пять лет! Не знаю никакого Питера Клермонта! Что ты тут пришла вынюхивать? Из жандармерии, что ли? Так я налоги плачу справно. Нечего тут мне! Убирайся подобру-поздорову!

Ну, ничего себе! Такого напора я не ожидала.

– Иди-иди отсюда! Проходимка! – женщина перешла на крик. – А может, ты вообще воровка? Всю выручку у меня спереть хочешь? А ну, Ральфи, проводи-ка ее отсюда!

Не успела я и слова сказать, как рослый барменщик вытолкал меня за дверь.

– Наконец-то! – выдохнула Этикетка. – А то у меня вся обложка пропиталась этим ужасным запахом пережаренного лука! Мы же собирались за новыми платьями! Почему тогда пришли в это отвратительное место?

Я объяснила книжке, почему. Но это не произвело на нее впечатления. Ей хотелось как можно скорее к модистке.