Скандальный развод, или Хозяйка владений \

– Незадолго до того, как я переместил тебя в её тело, она с леди Милли Питерс пила чай в особняке. Они решали какие-то свои мещанские проблемы, связанные с документами. Согласно злокозненному плану, Мари должна была подписать бумажки, а затем умереть в «Драконьем сердце» спустя сутки от яда, который ей подсыпали в чай. Но… дозировка оказалась велика, и бедняжке стало плохо в сторожке, где она спряталась, узнав, что её хотят изгнать.

– Хочешь сказать, она умерла? – ужаснулась я. – И кто же подсыпал яд?

– Милли Питерс, разумеется.

Вот тебе номер! Каждый час узнаю что-то новое! Неужели Милли хотела сначала заставить Мари подписать документы, а потом умертвить? Но какой смысл?

– Мари не слишком богатая наследница, несмотря на происхождение – принялась анализировать я. – Скорее всего легкомысленная мать девушки прокутила большую часть состояния. Если оно вообще у них было. Но почему тогда…

– Я не слишком интересовался такими вещами, – отмахнулся Велик. – Что нас с тобой должно волновать больше всего, так это «Драконье сердце»…"

"– Нет-нет! Подожди! – решительно прервала я бога, понимая, что он снова переводит разговор в нужное ему русло.

– Лапочка, – Велик снова натянул широченную, немного снисходительную улыбку. – Ну что ты сейчас можешь с этим поделать?

– Э-м… потребовать провести расследование? Найти улики?

– Улик нет. Мари все ненавидят, и слушать её никто не станет.

– Почему ненавидят? – прищурилась я.

– Ты думаешь, я слежу за такими глупостями? – возмущённо воздел руки к небу Велик.

Я едва ногой не притопнула от досады.

Про свадьбу я и так поняла! Ладно. Подожду до завтра и почитаю газеты.

– А мой отец? Он король! Почему я оказалась в таком… странном и унизительном положении?

– Милочка-а, – досадливо сморщил свой крючковатый нос Велик. – Спроси у него сама. Я ж к нему на чаепитие не наведываюсь, чтобы последние сплетни обсуждать.

Абсолютно точно понятно – что для меня кажется диким ужасом, для карлика-божка не более, чем комариный писк. Придётся разбираться самой с «человеческими проблемами», как он выразился.

– Выкладывай, – устало выдохнула я. – Что там с «Драконьим сердцем»?

Глаза Велика довольно блеснули:

– Вот теперь наша беседа перейдёт в более конструктивное русло.