Невероятная доктор Белль и Повелитель драконов

Впрочем, не только меня, но и всех нас, преданных Церкви.

– Нет, – донёсся до меня негромкий ответ епископа, но было заметно, что на мгновение он заколебался, видать, и у него хватало болячек. Освальд обиженно скуксился и потемнел лицом. Тем временем епископ приказал: – Готовьте костёр! Прямо тут, подле позабытых лжебогов, коим всё ещё кто-то поклоняется. Сим демонам нет места в истинной вере. После того как отступница сгорит, разрушить статуи до основания!

Никто у меня ничего не спрашивал, а я и не пыталась открыть рот – всё бессмысленно, приговор вынесен и обжалованию не подлежит.

Пока святоши собирали хворост, меня связали и усадили у какого-то куста, и оставили одну.

Боялась ли я? Безумно! Умирать так-то неприятно, а уж во второй раз… Да ещё в огне… Сердце ухало в груди, мочевой пузырь сжимался от ужаса, но я держалась. Не дам им увидеть свой страх, не позволю им торжествовать!

Иногда время тянется, как резина, но сегодня, увы, оно летело со скоростью света, и вот, я даже глазом моргнуть не успела, а место казни уже готово.

Меня поволокли к неширокому стволу свежесрубленного деревца, который вкопали на краю поляны, прямо напротив камня с ликом богини Геи.

Верёвки впились в запястья и лодыжки, жёстко фиксируя моё тело к шершавой коре. Священники деловито укладывали остатки хвороста вокруг, методично выстраивая погребальный костёр для живого человека.

Ветер усилился, словно сама природа протестовала против готовящегося злодеяния. Глаза языческих богов будто ожили в неверном свете факелов, и, казалось, следили за происходящим с немым укором.

– Именем Господа нашего! – возгласил епископ, поднимая свой факел.

Первые языки пламени лизнули сухой хворост. Огонь диким зверем жадно набросился на подношение, стремительно пожирая ветки.

Ужас накрыл удушливой волной: я снова умру! Паника скрутила внутренности в тугой узел, сердце зашлось в бешеном темпе. Жаром дохнуло в лицо, дым заполнил грудную клетку, в горле запершило …

– Помогите! – сорвалось с губ отчаянной мольбой.

Пламя добралось до подола…

– Кто-нибудь!

Я закричала, уже не сдерживаясь!

Огонь лизнул ноги, запахло палёной плотью… Слёзы сами покатились из глаз, капая на костёр.