Невероятная доктор Белль и Повелитель драконов

– Уж надеюсь, – криво усмехнулась начальница. – Пора вниз, я проголодалась.

Я шагала следом за Шарлоттой и, глядя на её прямую спину, задала себе вопрос: что же происходит в её голове, о чём волнуется душа и болит сердце? Живой же человек, со своими желаниями и стремлениями. Она не казалась мне дурой, никогда. Вздорной – да, сукой – да, безжалостной – однозначно, но дурой – нет, она ею не была.

А ещё, как бы банально это ни звучало – за всё надо платить, за свои скверные поступки, обидные слова.

Чувство тревоги, разбудившее меня сегодня, притупилось под ворохом дел, и вспомнила я о нём, лишь когда в покои принцессы сразу после ужина ворвалась Агнес, моя служанка, и вскричала:

– Леди Изабелла, Джонни упал с крыши! Вы сказали бежать к вам, ежели чего… Мне донесли только что…

Оливии в покоях не было – она ушла выполнять какое-то поручение.

В этот момент из своей опочивальни, в сопровождении Розамунды, вышла Шарлотта, увидев мою служанку, вопросительно вскинула брови:

– Что тут происходит?

Агнес низко поклонилась и затараторила:

– Прошу прощения, Ваше Высочество. Джон, сын леди Оливии, упал с крыши замка и разбился. Брат-лекарь его уже осмотрел, мальчик едва дышал.

– А при чём тут леди Изабелла?

– Я-я… Я не знаю, Ваше Высочество, – растерялась Агнес потупившись.

– Мне дорог Джон, замечательный малыш. Ваше Высочество, могу ли я его проведать? – я присела в низком реверансе, ожидая ответа.

– Что же, – бесстрастно молвила принцесса, – ступай.

***

Я быстро, на грани бега, шагала следом за служанкой, показывавшей дорогу. Лорд Перси жил в замке, у него была здесь своя комната. Вскоре мы очутились в глухом, слабо освещённом коридоре, люди, шедшие мне навстречу, тихо перешёптывались.

– Говорят едва дышит, бедолага. Ночью, скорее всего, испустит дух, а завтра утром его тело отнесут в часовню…

Услышала я, пока шагала против потока.

– Это Мартин его столкнул.

– Злой мальчишка! А ведь ему это сойдёт с рук, всегда сходит.

– Да, его отец – один из советников Его Величества.

– И зачем Мартина только пускают в замок? Сидел бы в своём доме, делал с крестьянами всё, что душе угодно.