Невероятная доктор Белль и Повелитель драконов

Мы, конечно, несколько раз будем ночевать под открытым небом, но когда этого можно избежать, не вижу смысла зазря рисковать. Нас много, мы отобьёмся от разбойников, но ведь всякое случается во время схватки, и кого-нибудь могут ранить, а то и убить. А я дорожу нашими жизнями.

– Согласна, папенька, – а то ж, ещё бы я возражала! Я точно так же считаю, как и ты. А клопы, сальные взоры украдкой, отвратительная еда – всё перетерплю.

Следующие дни слились в однообразную череду: тряска в повозке, короткие привалы, мучительные поиски укромных мест для справления нужды, ночёвки в тавернах или – если везло – в замках отцовских знакомых.

На четвёртый день разразилась гроза. Дорогу развезло так, что пришлось заночевать прямо в лесу. Наш экипаж поставили под сенью деревьев, чтобы хотя бы отчасти защитить от непогоды. Я зябко куталась в плащ и слушала, как ветер голодным зверем воет в кронах.

– Мари, расскажите что-нибудь, – попросила я шёпотом. – Страшно как-то.

В темноте было слышно, как Агнес сопит на своём тюке с одеждой, пристроенном у задней стенки нашей повозки – отец разрешил служанке ночевать с нами, от волков подальше.

Компаньонка начала рассказывать о своём детстве в родовом замке, пока их семья ещё не разорилась, о пышных праздниках и турнирах, о коих ей поведала её матушка… Под тихий голос помощницы я незаметно уснула.

Последние дни пути показались легче – то ли мы привыкли к дорожным тяготам, то ли близость цели придавала сил.

На седьмой день отец объявил, что к вечеру будем в столице. Я как-то вяло откликнулась на эту весть – устала так, что даже на эмоции не хватало энергии.

– Агнес! – скомандовала Мари. – Доставай парадное платье госпожи. Нельзя въезжать в город в дорожном наряде.

Пока служанка помогала мне переодеться, а Мари укладывала волосы, обоз въехал в предместья. Вдали показались башни крепостной стены. То и дело мимо нас проносились всадники в богатых одеждах.

– Агнес, – шепнула я, заметив, как служанка таращится по сторонам, – закрой рот, не то муха залетит.

Мари неодобрительно покачала головой – не пристало благородной даме так разговаривать с прислугой, но я заметила, как дрогнули уголки её губ.

– Это Кингстон, – произнёс отец, поравнявшись с нашей повозкой. – Теперь это твой новый дом, Изабелла.

Я молча кивнула, глядя, как закатное солнце играет на каменных стенах. Вот впереди показались главные ворота, всё ещё широко распахнутые.