Невероятная доктор Белль и Повелитель драконов

Вот вроде только закрыла глаза, как сон вдруг резко, грубо прервали звуки со двора: надрывный лай собак, затем противный металлический скрежет воротных цепей – всё это заставило меня буквально подскочить с кровати, тревожно озираясь. Сердце колотилось в груди, как птица в клетке. Я метнулась к узкому окну, отодвинула тяжелый полог, забралась на стул, чтобы смочь увидеть происходящее во дворе.

Массивная герса (тяжелая решетка, опускающаяся вертикально перед воротами средневекового замка для дополнительной защиты) медленно поползла вверх, открывая проезд внушительному отряду всадников.

Граф Мортимер вернулся домой.

Глава 8. Граф вернулся

Я хотела было вернуться в свою нагретую постель и досмотреть сны, как увидела выпорхнувшую из крытой повозки женщину в длинном тёмном плаще с капюшоном, накинутым на голову. О, та самая любовница? Как её, кажется, Летиция.

Ну, теперь-то я точно спать не лягу, надо быстро одеться и спуститься в Большой зал, чтобы поддержать Джульетту.

Матушка уже наверняка там – по традиции жена обязана встретить мужа, и неважно, что на дворе глубокая ночь.

По словам мамы, я знала, что любовница отца следовала принятым правилам и редко показывалась на глаза хозяйке дома и её юной дочери. Хозяйские покои, как и положено, занимала Джульетта. До появления в замке сиротки Летиции граф делил ложе с законной супругой. Однажды, когда Джульетта сильно захворала, он перебрался в дальнюю опочивальню под предлогом, что не хочет мешать жене лечиться.

Не успела я натянуть первое попавшееся платье, как в дверь постучали.

– Госпожа, я принесла свечу, – донёсся голос Агнес. Я отодвинула засов.

– Проходи. Помоги с нарядом и причёской, простой косы будет вполне достаточно.

– Да, госпожа. У нас есть время, хозяин общается с сэром Роджером в дозорной башне.

"Меньше чем через десять минут я покинула покои. Агнес шла впереди, освещая путь восковой свечой в серебряном подсвечнике. Мы миновали коридор, где в нишах тускло мерцали масляные светильники, и вышли на галерею, огибавшую Большой зал на уровне второго этажа.