Невероятная доктор Белль и Повелитель драконов

Я решила остаться с подругой на ночь, чтобы следить за её состоянием.

– Аоки-сан проснётся завтра утром, – предупредил меня Цурукава, прежде чем откланяться."

"– Могу я пройтись по территории лечебницы, Сигэаки-сама? – на всякий случай попросила разрешение я.

– Да, конечно, Изабелла-сан, – кивнул мужчина, правильно произнеся моё имя.

Целитель ушёл, а я, погладив Аоки по мягким волосам, тихо покинула палату. Хотелось проветриться и переварить всё, что я увидела в операционной. Выйдя в коридор, направилась куда глаза глядят.

– Кэнсин-сан, прошу прощения. У меня к вам небольшая просьба.

– Я вас слушаю, Изабиелля-сан? – мужчина вполне, кстати, симпатичный, приподнял брови в вежливом вопросе.

– Где у вас можно найти писчие принадлежности? – нужно вечером поработать и нарисовать инструменты, которые хотела заказать мастеру-монаху.

– О, я вам принесу.

– В палату Аоки-сан, если вас не затруднит, – благодарно улыбнулась я.

– Да, конечно, Изабиелля-сан, – ещё один поклон.

Мы разошлись в разные стороны: я к лестнице, ведущей на первый этаж, он дальше вглубь здания.

Неспешно шагая по дорожкам сада, я размышляла о том, насколько магия упрощает жизнь. Не только одарённым людям, но и тем, кому судьба не отсыпала магических способностей. Артефактами мог пользоваться кто угодно, были бы деньги.

А ещё интересно, в этой клинике все услуги платные, или есть варианты?

Утром Аоки проснулась, и я с профессиональным удовлетворением отметила здоровый цвет её лица и ясный взгляд.

Глава 20. То, что Белла называет настоящей медициной

Интерлюдия

– Всё ли у тебя получилось, дорогой мой Максимилиан-сан, – Хиен-сама, Верховный настоятель храма был рад меня видеть.

– Да. Спасибо за помощь, Хиен-сан. Без вас ничего бы не вышло.

Старик опустился на подушку перед низким столиком, и жестом предложил то же самое сделать мне.

На чёрной полированной столешнице поблёскивал старинный чайник тэцубин, выполненный в форме распускающегося цветка лотоса, рядом стояла потемневшая от времени чаша тяван с едва заметными золотыми прожилками кинцуги. В специальной подставке покоился бамбуковый венчик часэн.

Особое внимание привлекал небольшой светильник необычной формы: круглый кристалл, внутри которого плясало золотистое пламя.