(Не)верный бывший. Месть полукровки (СИ)

Мэтр Лесандр недовольно поджимал губы, а потом и вовсе отмахнулся от меня, но сказал, что уже через пару часов принц пришёл в себя, и они покинули госпиталь через портал.

Я выдохнула и расслабилась. Жизнь продолжается.

А ещё сегодня был день зарплаты.

Но стоило мне прийти в бухгалтерию, как меня тут же отправили к главлекарю. Там уже сидел так называемый лучший наш специалист мэтр Ройс, именно тот, которого потом пришлось откачивать коллегам.

И, конечно, сам главлекарь. Он поправил на себе халат, расстегнул пару пуговиц на белоснежной рубашке.

Ройс смотрел на меня мрачно, поджимал свои тонкие губы, его редкие волосы были зализаны назад, как у пай-мальчика.

Я знала такой взгляд. После таких встреч ничего хорошего ждать не приходилось.

Неужели уволят?

Но за что?

За то, что спасла их задницы?

— Элен, присаживайтесь, — сказал главлекарь, указывая на стул перед его столом.

Я села, чувствуя, как напряжение нарастает. Главлекарь взглянул на Ройса, затем снова на меня.

— Мы решили, что необходимо обсудить ваше поведение и действия в последние дни, — начал он. — Ваше вмешательство в лечение его высочества было весьма… неожиданным.

— Неожиданным? — переспросила я, чувствуя, как кровь приливает к лицу. — Вы хотите сказать, что спасение жизни наследного принца — это неожиданное поведение для целителя? За мной же специально посылали.

Ройс фыркнул, но промолчал. Главлекарь продолжил:

— Мы не оспариваем ваши умения, Элен.

— Но я справилась лучше, чем многие из ваших дипломированных специалистов, — резко ответила я. — И это факт, который вы не можете отрицать.

Главлекарь нервно потеребил воротник рубашки."

"— Мы понимаем вашу точку зрения, но мы должны думать о репутации нашего госпиталя. Мы не можем позволить себе рисковать.

Я почувствовала, как земля уходит из-под ног. Неужели всё это время, все мои усилия, были напрасны?

— Но… — начала я, но меня перебил Ройс.

— Вы можете взять свои личные вещи и покинуть госпиталь сегодня же, — сказал он, ухмыляясь. — У вас есть час.

Я встала, чувствуя, как слёзы подступают к глазам, но не позволила себе заплакать. Они не заслуживали видеть мою слабость.

— Хорошо, — холодно ответила я.