(Не) Мой мужчина (СИ)

Не могу я, когда на меня смотрят с осуждением, устала корить себя и бороться с собственными чувствами. Но сдерживаю себя, поскольку обещала Руслану не уходить от проблем и решать их с ним. Ему явно не понравится, если я поведусь на провокацию его матери и уйду.

Спала я с дочерью, а на утро почувствовала себя плохо. Голова тяжелая, под одеялом жарко, а раскроешься – бьет озноб, глаза слезятся и ужасно болит горло,так, что трудно говорить и глотать. Я явно заболела,только непонятно, где могла подхватить эту заразу. Нужно как можно скорее уйти от ребенка и надеяться, что не заразила.

Раньше, в таких случаях я всегда отдавала Маришу маме, но нам нельзя выходить из дома.

Пока я пыталась прийти в cебя, моя маленькая девочка позвала Зинаиду,и началась настоящая эвакуация. Уже через час я лежала в своей комнате в теплой постели,и меня осматривал доктор, которого привез Славик. Свекровь не интересовалась мoим здоровьем, но взяла на себя заботу о Марише. Я смутно помню, как меня напoили

какими-то лекарствами и что говорил доктор.

Сквозь сонное состояние слышала, как Зинаида кому-то говорила, что у меня очень высокая температура,и заставляла меня пить домашние морсы.

потом я провалилась в непонятное состояние. Поначалу казалось, что я плыву, вокруг меня голоса, люди что-то делают, я даже чувствую, как по подбородку и шее льется жидкость, закашливаюсь, но вновь проваливаюсь в сон."

"Мне снился Антон. Все как в жизни : мы в нашей квартире, я готовлю завтрак, а он опаздывает на работу, суетится и никак не может найти свои документы.

Я понимаю, что он мертв, но боюсь ему об этом сказать. Кажется, если я это сделаю – он тут же исчезнет. Хочется подойти к нему, обнять и рассказать, как скучаю, но вот только чем ближе подхожу, тем дальше от меня Антон. Он ускользает, уворачиваясь от меня, не позволяя подойти ближе. Слезы наворачиваются сами собой, хочу поговорить с ним, но голоса нет,только хриплю, ощущая сильную боль в горле, и остается только наблюдать за Антоном со стороны. Как надевает белоснежную рубашку, взъерошивает волосы, смотря на себя в зеркало, улыбается мне, ходит по нашей квартире и собирает свои бумаги. Он идет в прихожую, и я за ним, а потом Антон сам тянет ко мне руку, зовет, не прекращая улыбаться. Каждый шаг к мужу дается с трудом, словно ноги налились свинцом, нo я иду, прикладывая все силы.

– Олеся! Ты меня слышишь! Олеся, открой глаза! – грубый голос услана вырывает меня из сна. Все исчезает, Антона нет, я в кровати, а надо мной лицо его брата.