После развода. Вернуть жену

Я была рада, потому что его присутствие стало для меня невыносимым! Ненависть, которая выплескивается из него, невозможно выдерживать. Она меня убивает.

Раньше он говорил, что я — солнце, нельзя не улыбнуться, глядя на меня, что я человек, который дарит радость. А теперь ругает меня за то, что я просто вела себя вежливо с посторонним человеком, который оказал любезность.

Нет. Не ругает. Демид был в ярости, он готов был вытрясти из меня душу, оскорблял, обвинял, вывалял меня в грязи и заклеймил распутницей, которая, не успев выскочить из кабинета врача, после разговоров о лечении больного ребенка, побежала на свидание!

Сжимаю трубку в руке, прикрыв глаза и сидя по-турецки на большом мягком ковре посередине огромной ванной.

Вокруг мраморное великолепие, золотые вентили, тихий гул вентиляции, аромат моего геля для душа витает в воздухе. Замотанная в полотенце и с тюрбаном на голове, я набираю знакомый номер. Плевать, что этот разговор будет стоить неизвестно сколько денег. Может, баланс уйдет в минус и мне придется просить у Демида пополнить счет моего телефона. Плевать.

Легко быть адекватной и рассуждать здраво, когда твоя жизнь спокойно и размеренно течет, когда у тебя есть близкие, которые помогут и поддержат, а когда ты одна и едва справляешься со своими невзгодами и не видишь впереди ни одного просвета, ты имеешь право совершить ошибку…"

"— Привет, — говорю сухим безжизненным голосом, пытаясь мысленно понять, сколько у Алика времени, но я не в состоянии думать о таких мелочах.

Мне нужен его голос. Чей-то родной голос рядом, чтобы не сойти с ума.

— Эля, что случилось? — он сразу же включается в разговор, и я выдыхаю с облегчением, наконец получив то, что хотела.

— Сегодня был тяжелый день. Мы с Демидом встречались с врачом Сони. Она рассказала о лечении, предстоит много анализов и процедур, — рассказываю механическим голосом.

— Какие прогнозы? — спрашивает Алик обеспокоенно, и это берет за душу.

Он, мягко говоря, не любит своего бывшего друга, но волнуется за его дочь.

Алик любит детей. И действительно, он мог бы стать прекрасным отцом и мужем, но почему-то один. Неужели мама права и он испытывает ко мне совсем не дружеские чувства?

— Прогнозов здесь никто не дает, но мы верим в лучшее.

— Сколько ты пробудешь там? Хотя бы это ты можешь сказать? — спрашивает Алик несколько нервно.

— Я не знаю. Даже примерно не могу предположить, но я останусь настолько, насколько нужно.