(Не) мой мужчина

Хотела позвонить, но в последний момент скидывала звонок. Идея написать рассыпалась в тот момент, когда поняла – не знаю, что именно спросить.

Мысли бесконечным круговорот носились в голове, превращаясь в хаос из чувств и эмоций. Я пыталась сложить воедино всё, что произошло за последнее время между мной и боссом, уложить непонятные пока для меня события во что-то логически правильное и абсолютно понятное. Но никак…

Спрашивала себя, что чувствую. Ответ уничтожал во всех смыслах: желание – горячее и всепоглощающее, трепет – томный и невесомый, сомнения, сжирающие изнутри.

Я не знаю, что нужно Артову – от меня, от наших, если это можно так назвать, отношений. Он не обозначил всё то, что между нами происходит, не ввёл чёткого понятия происходящего, не определил мою роль для него. Хочу понимать, кто я для него, но опасаюсь спросить – а если никто?

Просто секретарша, которую он хочет? Хочет сейчас, но ведь желание как появилось, так может и исчезнуть. Или есть что-то больше, глубже?

Подарок на день рождения, сделанный до дикого секса в клубе, до всего того, что есть сейчас, вводит в заблуждение.

Множество вопросов без ответа крутились в моей голове два дня, и ни на один из них ответить я не могу. Пока не могу, и есть те, на которые ответить мне сможет только Марк.

В субботу ко мне завалились Вика с Ленкой с бутылкой вина и желанием поболтать.

Вика снова предположила, что я страдаю об Артёмушке, всеми возможными эпитетами объясняя мне, какой он говнюк. Я не спорила. Пусть лучше думают, что моё сердце до сих пор изнывает по бывшему, хотя это самое сердце скучает по совершенно другому мужчине.

Звук открывающейся двери переключает моё внимание. Желание увидеть босса заставляет подпрыгнуть на месте в предвкушении.

В приёмную врывается девушка, проносится мимо меня, словно вихрь.

– Я к Марку, – бросает через плечо.

Подлетает к кабинету, с силой дёргает ручку запертой двери несколько раз.

Всё это время я молча наблюдаю за её манипуляциями и резкими движениями, поражённая наглостью неизвестной особы. Никто и никогда не врывался в эту приёмную настолько беспардонно.