(Не) мой мужчина

– А вы, Лаврентьева Алиса Витальевна, готовы ли взять в мужья Артова Марка Алексеевича?

Секунда, вторая, третья… Сердце ухает куда-то резко вниз.

– Да.

Всё.

Моя.

Навсегда.

Эпилог

Алиса

И вот почему нельзя было сделать свадьбу раньше? Сейчас, на восьмом месяце беременности, я кажусь самой себе настолько огромной, что, кажется, даже в дверной проём не протиснусь.

С трудом подобрала платье, чтобы выглядело и нарядно, и не слишком стесняло моих движений: тёмно-синее, длинное. Мне кажется или в нём я выгляжу стройнее? Кажется…

– Готова? – Руки Марка ложатся на мой живот, мягко поглаживая.

Эта привычка появилась у него сразу же, как только стало заметно, что я беременна. Кажется, он касается моего живота даже чаще, чем я сама.

– Почти. Пара нюансов, и можно ехать. Чувствую себя огромной…

– Неправда. Ты прекрасна, милая Алиса, – целует в шею. – Может, всё-таки оставишь уже работу, а?

– Ещё пару недель, – с мольбой в глазах смотрю на мужа.

– Ты это уже говорила. Пару месяцев назад.

– Готовиться? Это как? – смеюсь. – Детская готова, игрушками завалена половина нашей квартиры, всего хватает, даже более чем. От работы я получаю удовольствие, к тому же я рядом с тобой. Или ты против? – встречаюсь с Марком взглядами в зеркале.

– Нет, я не против. Главное, чтобы тебе было комфортно. Но мама…

– Немного отвлеклась на Славку, перенаправив свою неуёмную энергию на готового внука, который, кстати, её заботу принимает с радостью.

– Ты только представь, как рад папа, – улыбается, – что мама занята! А скоро появится и Александр Маркович – её счастью не будет предела. А там, может, и Вика с Пашкой подоспеют, например, с внучкой.

– До сих пор не верится, что Вика с Пашкой женятся…

– А мне наоборот – даже очень верится. Ему такая и нужна была.

– В смысле? – поворачиваюсь, обнимая мужа за шею.

– Мы все знаем, что мой брат ценитель женской красоты в любом её проявлении.

– Не совсем. Объясни.

– Например, мы с тобой. Имеем средства, чтобы нанять прислугу, но мне безумно нравится, когда именно ты готовишь мне завтрак: чуть растрёпанная скачешь по кухне, напевая под нос какую-то нелепую песенку. В такие моменты ты невероятно прекрасна. Открытая и умиротворённая, делаешь всё именно для меня.