Не лезьте в душу к пацану

– Как говорится, если гора не идет к Магомету, то его самого можно затащить на эту гору. На аркане…

– Как ты мог такое подумать? Тебе в сердце стреляли! Тебя убить хотели!.. Если бы тебя убили, я бы сама в петлю полезла…

– Так может, ты этого и хотела, чтобы со мной вместе на небеса.

– На небеса? С тобой? Да с радостью, если бы не Костик! Как я могу Костика сиротой оставить?

– Успокойся, пошутил я.

– Дурак ты! И шутки у тебя дурацкие! – подавив обиду, робко улыбнулась девушка.

– Но кто-то же меня заказал…

– Кто-то.

– Почему глупый?

– Потому что тебя нельзя убить, пока я тебя люблю.

– Эко ты завернула! – хмыкнул Семен.

– Но это так. Хочешь ты этого или нет, но моя любовь тебя хранит.

– Давай без соплей! – скривился от этого пафоса Сэм.

Но Джема не унималась.

– И если я вдруг тебя разлюблю, то… Но я тебя никогда не разлюблю. Поэтому ты будешь жить.

– Ты меня утомила.

Пуля прошла навылет – и в спине дырка, и в груди, поэтому приходится лежать на боку, а это так неудобно… Он только-только оклемался после операции, рана свежая – внутри все болит.

– Все, все, молчу. Давай помогу лечь на левый бок.

– Нет. Не хочу лежать спиной к двери.

Палата охраняется, но тем не менее Семен должен был держать под присмотром вход. Если вдруг сюда ворвется киллер, он не сможет ему помешать, но все равно ему нужно находиться лицом к опасности.

– Давай переставим кровать, – предложила Джема. – По центру палаты, ногами к двери.

– Ногами к двери лежат только покойники.

– Тебе не угодишь.

– А не надо мне угождать. Я не просил тебя об этом, – закрывая глаза, сказал Сэм.

Джема поняла, что исчерпала лимит на разговоры, поэтому благоразумно промолчала. Скажи она хоть слово, Семен тут же выгнал бы ее из палаты. Или она бы сама ушла, или ее силой выставили бы за дверь. Охрану вызвать не проблема.

Но Джема осталась в палате. Может, Семен ее ни о чем и не просил, но все-таки он ощущал потребность в ее присутствии.

– Ты спи, – спустя время, тихонько сказала Джема. – Я буду присматривать за дверью.

Семен кивнул.