Мы не навсегда

Мы как раз успеваем принять совместный душ в крохотной скрипучей душевой. Марк все время извиняется за неудобства, а я смеюсь, вспоминая нашу ванную в отделении. Я никогда не была так счастлива… В маленькой комнатке городского СИЗО, а не в номере шикарного заграничного отеля. Теперь придется поверить, что с милым рай в шалаше.

– Я не хочу говорить тебе слова прощания, – шепчу, смотря в любимые глаза.

– Тогда до скорой встречи. Я тебя люблю."

"Марк беззастенчиво меня обнимает на глазах молоденького конвоира.

– Пока…

Срываюсь с места и ухожу, стремясь прекратить муку прощания. Плевать, что волосы растрепались, а губы припухли… И на чужие любопытные взгляды плевать. Меня провожают к выходу, ставят отметку в пропуске и распахивают скрипучую железную дверь. Я в реальности… В своем мире, оторванном от тюрьмы. Но частичка сердца навсегда осталась там, с Марком. Плотнее кутаюсь в длинный шарф и пускаю пешком в сторону парка – я слишком взбудоражена свиданием и слишком счастлива, чтобы сидеть на месте.

В кармане гудит телефон. Нехотя отпускаю мечтательные мысли и отвечаю незнакомому абоненту.

– Софья Васильевна, это следователь. Я был у вас в кабинете, помните? Звоню со стационарного.

– Да, что-то случилось?

– Борисенко пришел сегодня в себя.

Глава 49

Софья.

– Мне прямо сейчас приехать? Вы так и не сказали, где Борис находится? – шепчу, прикрывая динамик ладонью. Кажется, все обращается в слух, чтобы выведать тайну: над головой сгущаются тучи, голые корявые пальцы деревьев шелестят от порывистого ветра, ворота скрипят, а собаки лают. По спине проносится неприятный холодок, когда я вижу «вторую линию» – Арзамасов собственной персоной.

– Что случилось, Софья Васильевна? – взволнованно спрашивает следователь.

– Мне пытается дозвониться Арзамасов. Можно я приеду со своим… частным детективом? Он активно помогает расследовать дело концерна.

– Конечно, мы только за. Записывайте адрес.

Очень, очень опасно… Не понимаю, как они умудрились разместить Борисенко в обычной городской больнице.