Развод и девичья фамилия

А как же бомба, которая не падает дважды в одну воронку? Кира точно знала про эту бомбу, что она – не падает, пока не услышала этот зловещий и тихий звук под стеной.

– Серый?!

– Тише!

Он встал на колени и затолкал Киру себе за спину, в темный угол, но она немедленно выбралась оттуда – в конце концов, у нее был свой, отдельный «кольт», и она могла бы им воспользоваться, если бы не перепугалась так сильно. Сергей резко и бесцеремонно зажал ей рот рукой. Зажал и отпустил, как бы приказывая больше не разговаривать.

Господи, но ведь бомба не падает дважды!"

"И все-таки он пришел. Что им теперь делать?! А если Сергей не прав и это именно тот человек, который, нарядившись Валентиной, прикончил у них на лестнице Костика?! Что, если он вооружен, у него нож или пистолет, а они тут на полу… совсем беззащитные?!

Тим останется один. Совсем один.

Он не справится, он же дурачок. Он совсем дурачок, и он не должен остаться без них.

Под окном что-то завозилось, как будто металлом скребли металл, потом послышались ровные поскрипывания – очевидно, он вывинчивал шурупы.

Почему Сергей не приделал как следует эту чертову раму, в отчаянии подумала Кира. Если бы приделал, он не залез бы! Он не залез бы, и все бы обошлось.

Ей стало так страшно, что она подалась назад за его спину, в тот самый темный угол, из которого только что так самонадеянно выбралась, и Сергей кивнул. Он дышал ровно и глубоко, и Кира подумала, что он почему-то совсем не боится. Со своей всегдашней ослиной самонадеянностью он решил, что это просто жулик, жулик, а не убийца, а потому бояться нечего и не боится.

В окне бесшумно возник черный силуэт – луна светила в спину жулику, обрисовывала голову и плечи и поднятые руки.

Кира пискнула.

– Сейчас он снимет решетку, откроет окно, и я зажгу свет, – прошептал рядом Сергей.

Свет?! Зачем свет?! Если он зажжет свет, они будут как на ладони, беззащитные и слабые, а черный силуэт в окне казался огромным и страшным.

Кира замотала головой и схватила Сергея за руку. Он нетерпеливо выдернул руку.

Со слабым скрежетом решетка отделилась от окна, человек аккуратно снял ее и опустил, почти беззвучно. Освещенная голубым светом рука просунулась в форточку и подергала шпингалет – вверх и вниз. Шпингалет загрохотал и забренчал в тишине так, что рука на секунду замерла, но потом снова двинулась вперед. Рамы были старые и слабые, шпингалет сопротивлялся недолго.