Мой ревнивый муж

Пришел сюда не с пустыми руками.

Он молча полез в карман, достал небольшое фото, продемонстрировал Дергачу.

На фото улыбалась в камеру милая на вид блондинка. На коленях у нее сидел маленький мальчик с машинкой в руках.

Как только Дергач увидел фото, лицо его окаменело. Он молча смотрел на изображение и, кажется, потерял связь с реальностью.

– Ты их ищешь, я знаю, – сказал Максим, продолжая буравить Дергача взглядом. – Имел возможность поговорить с твоими дружками. Женщина сбежала с ребенком в другой город, после того как ее сожителя убили.

– Оля… сын… – прохрипел Дергач. – Как они?"

"– Я говорил с ней. Ребенок в порядке, она устроилась на работу. Правда, живут бедно, но могло быть и хуже. Если ты сейчас ответишь на мои вопросы, я дам тебе адрес. И ты сможешь им написать.

– У меня есть деньги, заначка, – быстро заговорил Дергач.

Подобного Максим не ожидал.

Но это ведь всего лишь нормально, когда отец хочет позаботиться о сыне. Даже если этот отец конченый подонок.

Он кивнул.

– А не присвоишь? – с сомнением протянул Дергач. – Там нехилая сумма…

– Я никогда в жизни у детей денег не забирал, – хмыкнул Максим. – Ты со мной по совести – и я с тобой по совести. Договор?

Дергач секунду помолчал, видно решая, стоит ли верить. Но вариантов у него было немного, сидеть ему еще долго.

Очень скоро Дергач решился. Шепотом поведал Максиму, где спрятал купюры.

А потом завел рассказ:

– Пока я сидел в КПЗ по обвинению в убийстве, ко мне обратилась шестерка из ментовских. Дали заказ на твою бабу, обещали убрать из моего дела улику.

– Кто заказчик? – Максим аж подался вперед в нетерпении.

Дергач развел руками:

– Я не знаю имени, только кличку.

Услышав это, Максим побледнел.

Кто такой Диггер, он знал прекрасно.

Был у него с напарником один дурацкий случай еще в самом начале работы в полиции. Один из барыг в свое время при задержании обронил, что хрен они найдут его кладки, хоть весь двор перекопают.

Максим посчитал, что это он так пытался сбить их со следа, принялся обыскивать дом, а вот напарник уцепился за эту фразу. И копал… где-то часов восемь.