Мой ревнивый муж

Так это она ему писала!

Он застыл, не зная, как реагировать.

Что в этом сообщении? Она решила еще раз смачно его обругать? Еще не наоралась?"

"В первую минуту даже не хотел открывать, потому что терпеть от нее негатив было невероятно тяжело.

Но все же открыл.

И увидел фото.

Поля.

Его родная, любимая Поля. Не злая даже, наоборот – с виноватой улыбкой.

У нее животик.

Большой такой, круглый.

Как только он все это обозрел, его с головы до ног будто прошибло болезненно-сладкой судорогой.

Красивая какая, беременная.

До сих пор!

Значит, не было никакого выкидыша. Соврала…

– Обалдеть, – шумно выдохнул он. – Все-таки бывают на свете чудеса!

Что это, как не чудо, видеть живое доказательство того, что Поля не потеряла ребенка?

Максим пялился на это фото, казалось, бесконечно долго. Ласкал его взглядом. Самое красивое селфи, которое он от нее когда-либо получал. Самое важное.

Пока смотрел, сердце пульсировало от сильнейшего наплыва безграничной любви.

Далеко не сразу увидел приписку.

А когда увидел, его прошило новой болезненно-сладкой судорогой.

«У тебя будет сын».

У нее там сынок. Тепло ему в мамином животе, хорошо. Выжил, растет, скоро родится. Счастье! И бесконечное облегчение.

Полина выглядит здоровой, цвет лица хороший. Значит, с ней все в порядке.

Эти знания были для него как бальзам на душу. Ему стало так хорошо, так спокойно на душе, что захотелось петь. Хотя он никогда в жизни не пел, ибо слуха отродясь не имел.

– А-а-а, – закричал он. – Кайф-то какой…

Чуть позже до него наконец дошло, что именно Полина написала.

Значит, отец – он! Иначе зачем бы Полине писать такое, правда?

Он же не рехнулся? Он сейчас не видит то, что хочет видеть, все так и есть? Это же ведь никакая не галлюцинация? Он точно в своем уме?

В последние месяцы он подрастерял ясность ума.

Сам себе не очень-то доверял.

Максим тут же подскочил с места, бросился в спальню к Виталику с Шанной.

Обычно никогда не залетал к ним вот так, с разбега, стучался. Но уже одиннадцать дня, и он подумал, что они по-любому одеты.

Они действительно оказались одеты, но…

Максим застал картину того, как Виталик усаживал Шанну на комод с явным намерением опробовать с ней новое место.

Комод, чтоб его!

Эти двое так самозабвенно целовались, что даже не сразу заметили, что в комнате уже не одни.