Мой ревнивый муж

Вот вообще плевать…

– Сука он конченая, – прохрипел Максим, не узнавая свой голос. – Прибить мало!

– Ага, – кивнул Виталик. – Причем с виду такой добрый – давай сынок, помогу… А я как вспомню вот это все, так и хочется ему вмазать!

– Почему ты никогда не рассказывал мне об этом? – спросил Максим с чувством. – Мы же с тобой вместе росли…

– А зачем? – Виталик хмыкнул. – Чтобы отец мне люлей выписал? У него для этого были другие поводы.

Это и вправду было так.

Виталик что в детстве, что в юности был абсолютно неуправляем.

Исправно следовал девизу – послушаю отца и сделаю наоборот. Куролесил много и со вкусом, за что был периодически бит.

– Ладно в детстве, – махнул рукой Максим. – Но мы давно взрослые, почему ты только сейчас говоришь?

– А у нас в семье принято говорить о матери? – хмыкнул Виталик. – Не знал, не знал…

Эта тема действительно была табу.

Отец в свое время запретил им даже упоминать ее имя. А когда братья повзрослели, давно отвыкли о ней даже думать.

– Знаешь, я так любил ее в детстве… – признался Максим с искаженным болью лицом.

 – Потом всю жизнь ее винил в том, что ушла. Все гадал, что во мне такого паршивого, что бросила. Оно, может, звучит глупо, но реально так и думал. А у матери, оказывается, была своя причина…

– А я ее ни в чем не винил, – покачал головой Виталик. – Я прекрасно понимаю, почему она ушла. Я бы тоже ушел…

Он немного помолчал, а потом выдал новую порцию воспоминаний:

– Самое паршивое было даже не вот эти вот побои. Не знаю, помнишь ли, но она же потом еще перед нами извинялась.

Прости, Виталечка, прости, Максик, что я у вас такая негодная мать, непутевая… Отец на нее наорет, а она ну перед нами извиняться. Мне так ее было жалко, безумно просто.

В мозгу Максима снова всплыл образ извиняющейся матери. И его снова всего будто прошибло током.

– Я вообще думаю, она с нами ушла бы, если бы отец отпустил, – вдруг заявил Виталик. – Он, конечно, никогда не признается, но думаю, что так и есть. Ненавижу его за это!

– А почему она тогда не связалась с нами, когда мы повзрослели? – вдруг выпалил Максим.

 – Если бы были вправду нужны, связалась бы.

– Да хрен его знает, – пожал плечами Виталик. – У нее, скорей всего, другая семья. Помнишь, сколько раз отец повторял, что она сбежала с любовником. Что уж теперь, ничего не вернешь, не исправишь. Мне уже, в общем-то, все равно. Прошло двадцать четыре года, та история быльем поросла.

Максим кивнул, понимая отношение брата к этой ситуации.