Мир Льда и Пламени

были возвращены из Воронодрева на Дрифтмарк, состояла лишь из одного слова: «ВЕРНЫЙ».

Все битвы Танца без великого труда не учесть – их количество было почти бессчетным, поскольку противоборство раздирало большую часть государства. Люди короля поднимали стяги с золотым трехглавым драконом, взятым Эйгоном себе в личный герб, лишь затем, чтобы увидеть своих соседей под расчетверенным знаменем Рейниры – с ее собственными красными драконами, луной и соколом дома Арренов ее матери и морским коньком покойного супруга.

Те или иные лорды собирали всяческие армии от имени короля или королевы, которым служили, но если кого и можно действительно назвать командующими всеми силами, то только принцев Деймона и Эймонда Таргариенов для каждой стороны соответственно. Эймонд принял титулы Защитника Державы и принца-регента после того, как Эйгон II с Солнечным Огнем получили тяжкие раны у Грачиного Приюта в бою с Рейнис и Мелеис. Принц даже надел корону своего брата – венец Эйгона Завоевателя из валирийской стали с рубинами – хотя королем себя и не называл.

К несчастью для зеленых, Эймонд стал неудачливым главнокомандующим, поскольку был слишком неопытен, чтобы умело водить войска, и к тому же отважен до безрассудства. Так, Эймонд впопыхах задумал наступление на Харренхолл, которым в ту пору владел принц Деймон. Желая отбить замок у врага, Одноглазый оставил столицу без защитников. По прибытии он нашел замок пустым и возликовал – до того мига, как узнал о подлинной причине отступления черных: пока Эймонд шел на Харренхолл, Деймон встретился у столицы с королевой Рейнирой и ее новыми всадниками.

"Можно сказать, что в дни Танца Драконов люди Семи Королевств воистину впали в безумие.