Лягушачий король

Он раздумывал, соврать ли, что его наняли родственники убитого, или прибегнуть к спасительной уклончивой формулировке, но участковый, помрачнев, спросил:

– Это из-за Юренцова?

И Макар понял, что врать не придется.

– Олег был у вас?

Участковый страдальчески сморщился и потер лоб.

– Приходил, да… Вы меня извините, все остальное – не по моей части. Этим занимается…

– Я знаю, кто этим занимается, – сказал Макар. – Меня интересует то, что он изложил вам. Игорь Сергеевич, расскажите мне, пожалуйста, о его визите.

– Потапенко, ты обедать идешь? – крикнули от дверей.

– Да какой обед… – пробормотал тот и повысил голос: – Нет, не иду!

Илюшин тотчас заметил, что рядом есть кафе, где можно спокойно посидеть, если Игорь Сергеевич согласится выделить на это полчаса.

– Безграничная благодарность за любую информацию, – добавил он, рассматривая парня. – В разумных пределах.

К его изумлению, Потапенко густо покраснел. Он неловко выбрался из-за своего рабочего места, и, встав в полный рост, оказался толстоватым увальнем на голову выше Илюшина.

– Не за что тут благодарить, – пробормотал он, отводя глаза. – Я, если чем смогу… Подождите минутку…

Он убрал бумаги, пошел за Илюшиным к двери. В последний момент вернулся и сунул в карман телефон.

Выбор места для обеда Макар оставил за своим новым знакомцем. Потапенко отвел его в пустующее кафе на соседней улице. Белые пластиковые столы и стулья, занавески в горох. Макар оценил его скромность, учитывая, что за углом находилось заведение итальянской кухни. Сам бы он отправился к итальянцам, но предлагать это не стал: собеседник должен находиться в привычной обстановке.

Они уселись возле окна. За окном на трамвайной остановке толпились люди.

– Офисы вокруг, – неожиданно подал голос Потапенко, всю дорогу молчавший. – В два здесь не протолкнуться. А потом как-то потише.

Принесли суп. Потапенко принялся есть с тем же детским и самоуглубленным лицом, с которым заполнял документы. Ложка ожесточенно ныряла в гущу, будто лопата в землю.

Макар по собственной воле не притронулся бы к этому вареву с квашеной капустой.

– Когда к вам приходил Юренцов? – спросил он.

Участковый помолчал, вспоминая.

– Месяца два, наверное, назад… Может, три. Или чуть больше. Точнее могу у себя посмотреть.

– Что он хотел?

– Елки-палки, не понял я, что он хотел, – с неожиданным раздражением бухнул Потапенко.

– Почему?

– Ну, у него разговор такой… Черта с два его поймешь.