Лягушачий король

Илюшин понял, что отсвет таланта и обаяния Демьяна Щербатых теперь лежит и на нем.

Визажист выглядел так же, как в прошлый раз: шорты, огромная футболка с Бивисом, бейсболка козырьком назад.

– Зачем я-то тебе сдался? – хмуро буркнул он. – Садись, не стой. Через пятнадцать минут приведут нашу звезду, она говорить не даст.

– Ты бывал на тусовках у Нины Тихоновны Ельчуковой? – спросил Макар.

– Два или три раза. А что?

– Между Егором Олейниковым и племянником Нины были какие-нибудь конфликты?

Костик снял кепку, повертел в руках и бросил на диван.

– Не надо задавать вопрос, на который знаешь ответ, – упрекнул Костик. – Это как-то расхолаживает.

– Я не знаю, что именно произошло, – спокойно сказал Макар.

– А что к Егорке не пошел?"

"– Твоей наблюдательности я больше доверяю.

– Ой-ой, вот не надо лести!.. – Костик вдруг оставил свой обычный брюзгливый тон и флегматично добавил: – Может, и правильно. Ситуация была мерзкая. У меня на мерзости память хорошая.

– Расскажи, пожалуйста.

– Если сдашь меня Егорке, прокляну, – без тени улыбки предупредил Костик.

– Не сдам.

Волчок взял какой-то флакончик, взболтал и вернул на место.

– Про даты меня не спрашивай, я даже год не вспомню. Навскидку, Егорке было около девятнадцати. Я только пару месяцев как приехал в Москву, жил у Элки.

– Домбровской? – выудил Макар из своей памяти фамилию одной из приятельниц Егора Олейникова.

– Ага. Она меня пустила в обмен на… услуги личного характера. – Он неожиданно подмигнул. – Ничего такого: накрасить-причесать, обслужить ее матушку. В Домбровскую, кстати, Иван и влюбился.

– Подожди, – остановил его Илюшин. – Сколько ему было лет?

– Я откуда знаю? Ну, тринадцать, четырнадцать… Подросток. Смурной такой, тощий, но прущий напролом. И при этом адски дикий! Диковатый.

Макар пропустил издевку мимо ушей.

– А сколько лет было Домбровской?

Волчок пожал плечами:

– Восемнадцать, наверное. Нет, скорее, девятнадцать. Может, даже двадцать. Я тебе уже сказал, – внезапно вспылил он, – не спрашивай ты меня про возраст и даты! Они у меня в голове не держатся. Что за удовольствие – выставлять меня идиотом беспамятным?!

– Извини, больше не буду.