КроШа. Книга вторая

Раздражался, когда понимал, что спит в чужой постели, и рядом нет никого.

И испытывал легкое чувство вины за то, что, несмотря на произошедшее, его тело тянулось к телу Леры. Он хотел ее.

Не мог насытиться.

И дело тут уже было не в его сексуальной активности.

Направляя ее к Орешко, он желал удостовериться, что с ней все в порядке. Ничто не угрожает ни ее здоровью, ни беременности.

Лера никуда не поехала. Утверждала, что с ней все хорошо. И выглядела спокойно.

Чересчур спокойно.

Тимур еще постоял некоторое время, смотря на проход, что соединял две спальни.

Глава 12

Тимур застал Валерию за выбором обуви. Уже одетая в светло-синее платье-футляр с длинными рукавами, девушка задумчиво смотрела на полусапожки.

— Что-то не так?

Тимур неслышно подошел и встал сзади, досадливо отметив, как девушка вздрогнула, и напряглась ее спина.

С ответом она не спешила, что тоже не пришлось по душе Тимуру.

Она всегда такая замкнутая? Или он чего-то ранее не замечал?

— Нет, все хорошо.

"Она потянулась за полусапожками на высоком каблуке. Нагнулась, и, мало того, что платье задралось, так еще и обтянуло аппетитную попку.

Тимур, мысленно чертыхаясь по поводу того, что не в состоянии контролировать свое желание в отношении этой девушки, стараясь говорить мягче, заметил:

— Если ты не любишь каблуки, зачем носишь?

Лера ответила быстро:

— Любишь ты.

— Н-да? — Тимур хмыкнул. — Вот не знал. Я обычно предпочитаю или низкий каблук или мокасины.

Лера негромко рассмеялась, и Тимура точно током прошибло. Ее смех напоминал перекат жемчужин — легкий и ненавязчивый. Но оттого еще больше привлекательный.

Дыхание в груди сперло. Когда он так ярко реагировал на женщину? Тимур не помнил.

— Сегодня остановлюсь на этих, — Лера достала все же те полусапожки, которые выбрала изначально. Изящные, замшевые. Чувствовался стиль Дианы.

Интересно, а какой у Леры?

Наверняка больше студенческий, свободный.

Легкость от смеха Леры обернулась резким раздражением.

— Тебе скоро нельзя будет носить обувь на каблуках. Смени.

Рука Леры замерла на застежке.

— Прямо сейчас сменить?

Проклятье! Она воспринимает все слова буквально.

— Сейчас не надо. Я говорю о ближайших днях.

Обувшись, распрямилась, лишив его возможности лицезреть упругую попку. Легкий румянец играл на щеках девушки, что говорило о том, что она снова подавляет себя.