Холодное сердце Хальгорда

— Если ты вернёшься к себе, возможно, память вернётся, один знакомый лекарь так говорил Оскару, — продолжал настаивать Оливер, а Хальгорд, казалось, ещё немного и вцепится в настойчивого торговца, — Хальгорд помнишь Оскара, он три зимы назад сюда заходил, попал в шторм, головой ударился о борт и не помнит с тех пор ничего, сейчас сын его ходит с нами, здесь где-то он.

— Оскар так и не вспомнил? — с надеждой в голосе спросил Хальгорд, поддавшись чуть вперёд.

— Да, но супруга верит, что всё образуется, — покачал головой Оливер и снова обратился ко мне, — я отвезу тебя, если хочешь вернуться.

— Нет, — резко чем следовало, ответила я и, чуть сбавив тон, продолжила, — скорее всего, я сирота и мне некуда возвращаться, иначе бы я помнила своих родных."

"— Ну так-то да, — согласно кивнул торговец и что-то вспомнив, хмыкнув, добавил, — Оскар сына помнил и Грету свою тоже, память отшибло только за последние года… странным образом не помнит, кому что должен.

— Оливер, что ты привёз на этот раз, — перебил болтуна Хальгорд, ему надоело обсуждать тему возвращения меня, но всё же я чувствовала, что напряжение покинуло Хальгорда, а его рука ослабила хват.

— Разное, идёмте на корабль, — махнул рукой торговец, — не стал вытаскивать, две остановки, и никто не взял.

На корабль заходила не без опасения, но вроде бы Оливер уже позабыл о своём предложении непременно доставить меня домой, мысленно усмехнулась: «Если бы он только знал где он».

— Гари, подай нам вина, — рыкнул торговец, продвигаясь вглубь, он вёл нас к наваленным мешкам, горшкам, ящикам, — вот только подняли на палубу, а на берег выносить даже и не стал, пустое дело.

— Я посмотрю? — спросила, заметив знакомый хвостик, торчащий их ящика.

— Смотри, — разрешил мужчина, Хальгорд застыл словно истукан рядом и внимательно следил за обстановкой, видимо, не одной мне пришла в голову мысль, что можно меня запросто похитить.

— Свёкла! — радостно воскликнула я, достав из ящика корнеплод, — Хальгорд купим?

— Хм… если хочешь, — неопределённо пожал плечами конунг, с недоумением глядя на радостную меня.

— А здесь у вас что? — нетерпеливо ткнула пальцем в рядом стоящий мешок.

— Арабское зерно, — ответил Оливер, развязав верёвку, он запустил руку в мешок, вытащив на свет горсть гречки.

— Хальгорд, берём?

— Хорошо, — согласился конунг, теперь уже с удивлением поглядывающий на меня.

— А здесь ткань отличного качества, — произнёс ошарашенный торговец.