Измена. Он все еще любит! (СИ)

Дверь придерживается кем-то, и из нее выходит… Диана! А следом, еще интереснее… Ренат! Он-то и придерживал дверь для этой кошки дранной!

Мое головокружение как рукой снимает! И со скамейки меня сдувает за ближайшие кусты неведомая сила. Прячусь, чтобы не попастья на глаза «сладкой парочке»… Мне бы уйти с гордо поднятой головой, заняться своими делами, своей жизнью, но продолжаю с упорством чокнутого маньяка, выслеживающего своих жертв, пялится на мужа и его любовницу.

Глава 21

ЛЕРА

Не очень-то Ренат приветлив со своей новой возлюбленной.

"В душе поднимается глумливое злорадство: так-то, Дианочка разлюбезная, знай свое место, дрянь подзаборная! Это с меня Ренат всегда пылинки сдувал, а с тебя вон, наоборот, едва ли вилкой под зад в свой джип не подсаживает! Что, плохо давала ему всю ночь? Чего это мой муженек такой неудовлетворенный?

Ах, ну да, ты же у нас бере-е-еменная! Нельзя тебе небось уже с прежней прытью прыгать на Ренате…

Представляю их вместе, вдвоем в нашей постели и меня передергивает от омерзения.

Выхожу из укрытия и танком пру на внедорожник Арсланова. Ренат, едва ли заведший двигатель, выключает его, и выпрыгивает из машины.

- Лера! – надвигается на меня.

- Ах ты сволочь, козел, изменник!!! – упираю ему в плечи ладошки, чтобы оттолкнуть, - Не стыдно в наш дом шалаву таскать, а?!

- Лера, тише, тише… - Ренат пытается меня обнять за плечи, угомонить, успокоить, но я со всей дури бью ему про меж ног.

Муж сгибается, но не пополам, держим марку, хотя я и вижу, что ему, сволочи такой, больно до чертиков.

- Лера, я тебе все объясню… - сдавленно сипит. – Ты куда делась я тебя везде обыскался…

- Обыскался он, козел вонючий!!!

- Прекрати оскорблять отца моего ребенка! – выскакивает из машины Диана.

А у меня уже кровавая пелена из ненависти. Полное состояние аффекта. Я настолько ненавижу эту дрянь, отнявшую у меня мужа, разрушившую мою семью, что весь мой гнев обрушивается на нее.

Я бросаюсь на любовницу мужа, позорно валю ее на пол, царапаю когтями ее надменную морду, вырываю лохмы волос, стараюсь окунуть ее голову во вчерашнюю, еще не высохшую лужу.