Измена. Я больше не буду тряпкой (СИ)

Фотографируют его! Снимают!

А он перед ними… беззащитный… прикованный… обнаженный…

Это сон! Кошмар! Это не может быть явью! Нет!

— Убирайтесь вон! — орет не своим голосом.

— Глеб, и часто вы подобным образом проводите время?

— А ваша жена в курсе?

— Ваши пристрастия не мешают управлять клиникой?

— Кто ваша спутница?

— Она постоянная любовница?

Вопросы сыплются на него как из помойной ямы. Эти люди бесцеремонно его разглядывают.

— Вам нравится, когда вас унижают?

— Вы сами попросили сделать надпись на лбу?

— Когда вы ощутили такую потребность?

— Это связано с психологической травмой в прошлом?

Люди не замолкают.

— Идиотка, освободи меня! — шипит он на девицу.

Она же не растерялась и во всю улыбается людям. Принимает соблазнительные позы.

— Мы весело проводим время, — выдает и треплет его по голове, как пса безродного.

— А правда, что депутат Железнов отмывает в вашей клинике деньги? — прилетает очередной вопрос. Его задает мужчина в сером костюме, который держит в руках бумажку исписанную мелким почерком.

— Вы по головам шли? Неужели смерть банкира Навроцкого на вашей совести? — спрашивает рыжая женщина, которая тоже засовывает нос в исписанный лист бумаги.

Все происходит так быстро, вопросы только множатся. А Глеб все никак не может прийти в себя и сообразить, что происходит. Мозг оказывается работать.

— Ты же мне заплатишь, как договаривались, по пятикратному тарифу? — немного понизив голос, интересуется девица.

— Больше. Только развяжи! — рычит Глеб.

— Он вам платит? Как давно? И что входит в ваши обязанности? Я тоже вам заплачу за эксклюзив! — подлетает к девице один из журналюг.

— Ой, я вам такое расскажу, — идиотка кокетливо выгибается и облизывает ярко-розовые губы.

— Освободи меня! И не смей ничего говорить! А то… — Глеб окончательно звереет.

— Вы угрожаете своей любовнице? — тут же прилетает очередной вопрос.

— Вы рассказывали супруге о своих пристрастиях?

— Почему на лбу именно эта надпись?

Ему хочется провалиться сквозь землю.

— Развяжи! — он уже орет не своим голосом.

— Нет. Я боюсь, — мотает головой девица. — Вы меня пугаете.

— Что ты за идиотка такая! Откуда взялась на мою голову! — стонет Глеб.

— Обычно у вас другая любовница? Как часто вы их меняете?

Любое его слово они выворачивают, как им нравится.

И он обнаженный, беззащитный лежит перед ними.

Машка… это все она… Она все утроила… Только сейчас до него доходит очевидный факт.