Измена. Я больше не буду тряпкой (СИ)

Я думала, меня будут подкалывать, издеваться. Но ничего этого нет. Косые взгляды никуда не делись. Преподаватели и студенты продолжают колоть меня взглядами ненависти. Но этим все и ограничивается.

Я ни с кем не общаюсь. Меня никто не трогает. Ни одного кривого слова за весь учебный день! Для меня это сродни магии.

Лишь Оскар несколько раз ко мне подходит и интересуется, все ли у меня в порядке. Предупреждает, что если будут проблемы, сразу к нему обращаться. А еще вчера он был в первых рядах тех, кто закидывал меня помидорами.

После окончания пар, бегу к выходу. У меня нет сомнений — Коля уже ждет. Я его чувствую душой, меня как сильнейшим магнитом тянет к нему. Я так истосковалась.

Он стоит на первом этаже. Улыбается. Обнимает меня, поднимает и кружит.

— Я соскучился! — говорит, покрывая мое лицо поцелуями.

— Я тоже, — плачу, смеюсь. Растворяюсь в нем.

— Пошли скорее! — выносит меня на руках из здания.

И лишь преодолев ступеньки, ставит на землю.

— Колюнь, а что это за нимфа с тобой? — слышу незнакомый, мужской хриплый голос.

— Моя Манюня, — отвечает Николай и снова подхватывает меня на руки.

Поворачиваю голову, вижу высоко статного парня, который впился в меня внимательным взглядом.

— Когда только успел! — незнакомец присвистывает.

— Счастье на голову свалилось, — смеется Коля. — Знакомьтесь, мой лучший друг Глеб, моя любимая Машенька, — представляет нас друг другу.

Тогда я мгновенно забыла про все на свете. Николай назвал меня любимой.

— Еще какое счастье, — донесся до меня, как сквозь толщу ваты хриплый голос Глеба. Он не сводил с меня пытливого взгляда. Губы улыбались, а глаза… в них полыхало нечто странное. — Рад за вас, ребята, — добавил с теплотой.

Глава 46

В тот день мы не расставались. Мы не моли даже разжать руки, дикая потребность друг в друге росла с каждой секундой.

Я отдала ему свою невинность, даже не задумываясь. Только так было правильно, только так можно утолить растущий и ошеломляющий голод. Я купалась в его ласках, растворялась в Коле, и мне всего было мало.

Каких трудов мне стоило на парах думать о чем-то кроме него.