Иностранец на Мадейре

В идеале он даже не должен знать, что между родителями возникли серьезные проблемы. Почти у каждого есть братья и сестры, бабушки и дедушки, дяди и тети… А еще – крестные отцы и крестные матери… Сейчас в России понятие «крестных» кажется каким-то анахронизмом. Между тем сколько я слышал в своем детстве восторженных рассказов отца и дяди об их крестном отце… В жизни семьи он играл совершенно колоссальную роль, был просто номером два после родителей вплоть до того момента, пока в середине тридцатых не угодил туда, куда многие в те годы попадали, и не вернулся.

Здесь же, на Мадейре, и по сю пору так, с той разницей, что никуда ни настоящие отцы, ни крестные не исчезали, даже в эпоху диктатуры Салазара, если только они не состояли в подпольной боевой организации компартии или чем-нибудь таком. Но на Мадейре таких не было, да и в континентальной Португалии это тоже была большая редкость.

Так что каждый ребенок ощущает себя частью большой семьи, в которой каждому есть до него дело.

Когда в Международной школе Мадейры началась жестокая борьба за дочку между ирландской дамой и ее бывшим португальским мужем, весь остров был шокирован.

Драма освещалась даже в новостях по местному телевидению. Эта история стала для мадерьянцев таким же потрясением, как случай, когда у одной из левад нашли тщательно запеленованного брошенного младенца."

"Мне пришло в голову, что национальный менталитет можно изучать в том числе по детскому фольклору и по притчам и басням, которые принято рассказывать детям. Например, вот мадерьянская баллада «О 37 гвоздях».

«Жил-был мальчик, отличавшийся вспыльчивым характером: чуть что не по нему, он сердился, обижался, топал ногами и обижал других. И вот однажды отец подарил ему странный мешочек. Мальчик заглянул туда, думая, что там конфеты или игрушки. Но там оказались гвозди. Ровно 37 штук. „Каждый раз, когда ты сердишься, вбивай гвоздь в забор у нас на заднем дворе“, сказал отец. В первый день мальчик вбил в забор штук десять гвоздей. На второй день – в два раза меньше.

На третий – еще меньше. Но все же настал день, когда все 37 гвоздей блестели своими шляпками в заборе. Тогда отец сказал ему: „В конце каждого дня, если тебе удалось сдержаться и не вспылить, вытаскивай один гвоздь из досок“. Прошло немало времени, прежде чем мальчик смог доложить отцу, что все гвозди вытащены. Отец повел сына к забору и показал ему 37 оставшихся в нем дыр. „Видишь, – сказал он, – ты можешь о случившемся сожалеть, но ничего уже не сделать.