Яромира. Украденная княжна

Встреча с Ярлфрид на том берегу и схватка с Трувором сегодня изменили все.

И теперь ему вновь предстояло сделать выбор.

Подошедшая Ярлфрид вынудила Ивара замолчать, и он мазнул по ней не слишком довольным взглядом.

«С ним поговорю первым», — подумал Харальд, заметив, как медленно, но неотвратимо закипал его несдержанный племянник.

От котелка, который дроттнинг с сомнением поставила на шаткую палубу, исходил аромат хвойного леса. А сам отвар был по цвету, словно растворившаяся в воде капля крови.

— Я добавила вина, про которое рассказал Вигг, — пояснила Ярлфрид, уловив любопытство конунга.

— Лучше тебе все сделать верно, дроттнинг, — мрачно посулил ей Олаф. — Коли с вождем что случится…

— Тихо, — раздраженно прикрикнул Харальд, которого разговоры уже изрядно утомили. Он повернулся к застывшей у него за спиной девчонке. Ту, похоже, слова кормщика заставили волноваться. — Ну, чего стоишь? Лечи, раз собралась.

Она опалила его взглядом и, решительно вздернув подбородок, потянулась притащенной откуда-то палкой за повязками, притаившимися на дне котелка.

Спрятав усмешку, Харальд отвернулся и уже больше на нее не смотрел.

— Не осердится ли Ньёрд… — по его людям пробежал шепоток. — Ведь и отцы наши, и праотцы всю жизнь исцеляли раны соленой морской водой.

Он собственной голой кожей почувствовал ее дрожь. Руки, которыми Ярлфрид придерживала повязки на его спине, вздрогнули. Он услышал, как она зашептала что-то на своем языке. Почему-то ему показалось, что шептала дроттнинг ругательства.

— А сколько их помирало? — первому голосу возразил второй.

— Так одно с другим и не связано…

Харальд прикрыл глаза. Он хорошо знал своих ярых, легко загоравшихся хирдманов. Языками почесать да поспорить — святое дело.

Он никогда не мешал и не вмешивался, но и в перепалках участия не принимал.

Дождавшись его кивка, напротив на скамью опустился Олаф. Он поглядывал на возившуюся со спиной конунга девку с неодобрением, но, на сей раз, молчал.

— Рёрик не дождется брата и пустит по следу погоню, — кормщик сразу же заговорил о важном.

Харальд поморщился. Ярлфрид же, словно почуяв, поспешно убрала от его лопатки руки, хотя морщился он вовсе не от боли.

— Если Трувор не послал ему весть первым, — произнес он, и Олаф, еще помрачнев, кивнул.

— Утопить драккар не такая худая идея, — по лицу кормщика нельзя было сказать, посмеивается ли он или говорит всерьез.