Яромира. Украденная княжна

На берегу собралось много народа. Даже больше, чем бывало обычно.

Время сгладило все обиды, которые когда-либо были нанесены. А спокойный, защищенный проход по морю для ладожских торговых судов заставил полюбить Харальда даже тех, кто прежде кривил нос. Звонкое серебро и не такое с людьми творило.

Ее брат Крутояр, княжич… ладожский князь стоял впереди всех, едва ли не у самой кромки воды. Увидев его, Яромира улыбнулась сквозь слезы, и сердце защемило.

Сойдя с драккара, Харальд перенес жену на руках на пристань, а выскочивший следом за отцом Рагнар сжал ладонь младшей сестры и крепко держал, пока Рагнхильд не ступила на твердые доски.

— Брат! — Яромира сбежала к Крутояру, словно девчонка, и прильнула щекой к груди, угодив в крепкие объятия.

Она знала, что ни Любава, ни Горислава не дождались ее. Сестры разъехались вскоре после того, как для отца зажгли погребальный костер. И младший брат Мстислав отбыл в свой удел вблизи Нового Града.

Это Харальд и она изрядно припозднились.

Смахнув с глаз слезы, Яромира заставила себя отодвинуться и взглянула на Крутояра. Теперь ей приходилось задирать голову, чтобы посмотреть ему в лицо, а ведь когда-то очень давно она качала его в люльке…

— Где?.. — она бегло посмотрела на встречающих и переполошилась, не углядев знакомого лица.

— Матушка в тереме, — Крутояр понял ее с полуслова. И добавил с суровой мужской нежностью. — Приглядывает за Мстишей и Радмирой.

Губы Яромиры растянулись в широкой улыбке. За всеми этими волнениями она совсем позабыла, что жена брата была в тягости.

— Будь здрав, конунг из Альдейгьюборге, — к ним подошел Харальд.

— И ты будь здрав, родич, — они обнялись, похлопав друг друга по плечам, но от внимательного взгляда Яромиры не укрылось, как брат едва заметно вздрогнул, услышав новое, еще непривычное для себя обращение.

Конунг.

Больше не сын конунга.

«Он будет добрым князем, — подумала она, тайком посматривая на Крутояра.

— Ну-ка, — князь ступил в сторону и широко раскрыл руки, глядя на Рагнара и Рагнхильд. — Ну-ка кто это здесь притаился, кто это здесь мнется⁈ Неужто позабыли брата вашей матери?

— Мы не позабыли! — бойкая девочка первой впорхнула в его объятия.

Брат рванул следом, но, натолкнувшись на суровый взгляд отца, остановился и, приложив к груди кулак, поклонился, как полагалось.