Яромира. Украденная княжна

Двум конунгам не улыбнулась удача.

Ярислейв привел с собой деву-валькирию, и Харальд вскинул брови. Верно, та самая воительница, о которой ему часто рассказывала дроттнинг. Выглядел конунг из Альдейгьюборге уставшим и измотанным. И это было единственным, в чем он был схож с конунгом из далекой северной страны.

— Рёрик выпустил за ворота дюжину голодных детей с пустыми мешками для зерна, — Ярислейв сразу же заговорил о деле. — Те валились с ног.

Он замолчал и стиснул челюсть, пережидая, пока утихнут ярость и гнев.

Рёрик бил точно в цель. И с первого же удара угодил в слабое место конунга Ярислейва.

Харальд ничуть не удивился, услышав, как и кормщик Олаф. Добро, еще не скинул их в реку, словно ненужных кутят. Но шла лишь вторая седмица, как войско окружило Хольмград.

— Что ты сделал с ними? — спросил Харальд.

— Оставил при дружине, — хмуро отозвался Ярислейв. — Мы не возьмем детинец до зимы.

— Ты мог бы.

— Нет, — конунг из Альдейгьюборге резко мотнул головой. — Я положу половину войска, если ударю в лоб.

Харальд оскалился в ухмылке.

— А я не стану разбрасываться своими драккарами и отведу их до того, как на реке станет лед!

Ярислейв сверкнул недобрым взглядом и до дрожи стиснул челюсть. Разговор промеж ними никак не клеился, и оба знали, почему. Дело было не только в желании сберечь людей и корабли. Была еще Ярлфрид.

Они застыли друг напротив друга, непримиримые и вспыльчивые, не желающие идти на уступки. За спиной каждого переглянулись люди, которых они привели с собой.

Харальд досадливо нахмурился. Переругиваются они с Ярислейвом, словно малые дети. Он вновь вспомнил Ярлфрид и заставил себя заговорить первым. Все же перед ним стоял отец его невесты.

— Ты бы не позвал меня просто так, конунг. Удумал что-то?

— Может, и удумал, — неохотно отозвался Ярислейв. — Я мог бы ударить. В треть силы, чтобы отвлечь на себя Рёрика.

— А мы?

— Река огибает детинец с трех сторон.