Мужчина моей судьбы

И любились, и оспаривали, — попытался отбиться братец, но тут же сник и, состроив скорбную гримасу, вздохнул. — Чувствую себя двоечником-первоклассником.

— Ничего, — я погладила его ладонь и присела рядом. — Прорвемся. Ты уже довольно бегло читаешь, а вот пишешь с ошибками и слова путаешь часто. Так что, давай к ежедневным диктантам добавим еще один. Перед сном, например.

— Перед сном у нас чтение. Я и так загружен по самое «не могу», Марусь. Только если вместо сна, а не перед ним.

Петька не лукавил и ничуть не преувеличивал.

Основы магии, тренировки с холодным оружием, этикет и многое другое — мы наняли наставников во всех возможных областях, объяснив это тем, что графу необходимо освежить навыки, «пострадавшие» после смертельного ранения и тяжелой болезни. Дома дополнительно читали, писали и составляли подробное досье на всех мало-мальски известных и влиятельных людей Намарры, а также соседних государств. Тех, кого я, благодаря настоящей Мэарин, помнила и знала.

Вдобавок ко всему, следуя строжайшему личному распоряжению его величества, мы регулярно таскались по балам и приемам. Тратили драгоценное время на пустую болтовню с придворными и на попытки отбиться от ухаживаний предполагаемых женихов, которые с каждым днем становились настойчивей. Бравая четверка, распаленная моей недоступностью и равнодушием, вошла во вкус и начала осаду крепости по всем правилам кобелиного искусства.

Цветы, комплименты, жгучие взгляды, тонкие намеки с сексуальной хрипотцой в голосе.

Случайно…

Мимо проходили-проезжали-пролетали и вдруг…

Ах, какая приятная неожиданность!

Формально поставить в вину им было нечего. Они ловко балансировали на краю, не переступая грани приличий и чрезмерно не наглея. Когда я говорила «нет», с поклоном отступали, чтобы вскоре опять материализоваться неподалеку и ринуться в атаку.

К ухаживаниям за замужней дамой и адюльтерам светское общество относилось снисходительно и закрывало глаза, если подобные отношения не выливались в громкую позорную историю. Петька, конечно, мог вспылить, начать скандалить и вызвать любого из ухажеров на поединок чести. Но это заведомое самоубийство. Их высочества, да и Эрмейн с Фестером слыли умелыми фехтовальщиками и сильными магами, победить у брата не имелось ни единого шанса.