Мужчина моей судьбы

— Зачем?.. — Голос брата звенел от напряжения. — Что тебе вообще от нас нужно.

— О, наконец-то отмерли, — съязвил фрейр, опускаясь обратно. — А я уж думал, откачивать придется. Хорошо, фонтан рядом, есть куда головой сунуть.

Вот ведь гаденыш. Еще и издевается.

— Давай, ты на какое-то время перестанешь разыгрывать из себя шута и просто расскажешь, что собирался? — предложила я тихо. — Ведь не просто так нас с Земли выдернули, а потом долго и настойчиво в Хауддан зазывали? Не только, чтобы поглумиться.

— А что, если как раз для этого? — прищурился Йор. — Ты же меня совсем не знаешь. Вдруг я обожаю глупые шутки и розыгрыши.

— Нет, — качнула головой. — Ты, может, и мелкий, но точно не мелочный, хотя и прикидываешься им.

— Да и ты не такая уж дурында, какой иногда кажешься, — щедро вернули мне «комплимент». — Осторожная… Не то, что этот воинственный недоумок, твой братец. Если бы не он, вы бы до Заповедных Земель вечность добиралась.

Петька возмущенно фыркнул, но, к счастью, сдержался.

— Ладно… — произнес фрейр совсем другим тоном. Сдержанно, спокойно, чуть устало и первый раз безо всякого фиглярства. — Вижу, вы действительно, готовы не только слушать, но и слышать. Что ж, побеседуем, детки… Но учтите сразу, разговор предстоит долгий, непростой. И расскажу я только то, что сочту нужным, то есть, сами понимаете, далеко не все. Не заслужили пока…

Ехидная улыбка скользнула по идеально очерченным губам — на миг возвращая прежнего возмутительно-дерзкого, наглого недоэльфа — и тут же погасла.

"— Поскольку время позднее, расскажу я вам на ночь занимательную сказку о любознательном мальчике Пиотрее. Ребенок этот рос, конечно, страшным оболтусом, привык пользоваться своей красотой, природным очарованием, помощью всесильного кузена и всегда выходить сухим из воды. Учиться милый мальчуган не любил, зато обожал читать древние легенды, предания и представлять себя великим героем. Книг в отцовской библиотеке имелось немного, но среди них непонятным образом затесалась одна редкая старинная рукопись.