Гадюка в сиропе

– Вы ее хорошо знали?

Репортерша фыркнула:

– Я с ней не здоровалась, потому что предпочитаю не иметь дело с людьми такого сорта! Если принесли материал – кладите на стол. Нет, тогда не мешайте, у нас номер идет."

"– Статьи нет, – пробормотала я.

– Тогда что вам надо?

– Видите ли, Лина одолжила мне крупную сумму денег, я хотела отдать…

Нелюбезная собеседница отложила мышку и первый раз посмотрела в мою сторону:

– Ангелина вам дала в долг?!

– Да, а что такого?

– Она вечно сама рубли сшибала, нимфоманка!

Я растерянно стояла на пороге.

– Уходите, не мешайте, – процедила девица, но потом сжалилась и добавила: – Спросите в соседней комнате Олю Кондратьеву, вроде они дружили…

В расположенном рядом помещении несколько человек ругались над огромным листом бумаги.

– Не лезет твоя заметка, – говорил один. – Хвост висит.

– Отруби, – велел другой. – Сколько хвоста-то?

– Сто строк, – буркнул первый.

Воцарилась тишина. Потом третий, черненький, с длинными волосами, собранными в хвостик, хихикнул:

– Денис, ты что, с дуба упал? Да там во всем материале не больше ста двадцати строк!

– Тогда вообще сниму и поставлю в среду.

– Сегодня последний гонорарный день! – возмутился «хвостатый».

– Газета не резиновая! – отрезал первый.

– Простите, – робко вклинилась я в их беседу, – где Оля Кондратьева?

Мужики заткнулись и повернули головы. Взгляд у них был отсутствующий, скорей всего они отреагировали на звук, не поняв смысла вопроса.

– Оля где? – повторила я.

– На поминки уехала, у нас сотрудница скончалась, – последовал ответ.

Поминки! И как я не додумалась! Ведь там явно соберутся близкие знакомые Лины.

– А не знаете, где проходит прощание?

– Нет, – в один голос ответили двое, а третий сказал: – У сестры Али, на улице Войскунского, дом семь, а квартиру не помню.

Но номер квартиры мне не понадобился. Когда я входила во двор, мимо проехал желтый автобус с табличкой «Ритуал». Возле третьего подъезда он притормозил, и из пахнущих бензином глубин начали выходить люди, в основном заплаканные женщины в черных платках.

Как водится, на большом столе между мисками с салатом «Оливье», тарелками с блинами и селедкой стояли тесной толпой бутылки водки. Народ выпил, не чокаясь, закусил, потом повторил… Я внимательно разглядывала гостей, всем было хорошо за сорок, даже ближе к пятидесяти.