Френдзона. Она под запретом

Рассердился на себя, но в голос уже прорвалась грубость:

– Ты собираешься просыпаться или нет?! Сколько можно спать!

Тая испуганно открыла глаза и захлопала длиннющими ресницами, смотря на меня в полном недоумении.

– Лёв, ты чего? – спросила она.

– Я тебя уже полчаса бужу! – соврал я, чтобы оправдать в ее глазах грубый тон и свое взвинченное состояние. – Так и пробежку пропустить можно. Иди лучше завтрак готовь. Я один побегаю.

– Нет-нет, я быстро! – на удивление бодро вскочила она с постели.

– Лучше легинсы, на улице прохладно в такой час, – боясь, что опять буду смотреть не туда, если она нацепит свои коротенькие шортики, сказал я.

– Окей, я пулей! – скрылась она в ванной комнате, пока я всё пытался прийти в себя от увиденной картины и того, какую она вызвала реакцию. Черт знает что со мной творится! Нельзя так смотреть на Булочку!

– Лёв, а давай перекусим на обратном пути? – влетая в спальню, предложила она.

Обычно я не видел проблемы в том, что Тая без стеснения переодевалась в моем присутствии, но на этот раз меня словно ветром сдуло, что не осталось ею незамеченным.

– Лёва, ты чего? – раздалось мне в спину, но я лишь махнул ей рукой и направился в кухню попить.

– Я всё! – крикнула она, справившись буквально за минуту. – Обуваюсь?

– Да, я сейчас! – крикнул я в ответ. Хотел сначала взять нам воду, но, решив, что бутылки будут только мешать, передумал. Купим потом в ларьке, благо они на каждом шагу. – Что-то ты сегодня подозрительно активная, – подметил я, выходя из квартиры.

– Так мы легли в двенадцать! – хихикнула она. – Но, вообще, странно, что я не сонная. Наверное, месяки близко…

– Тая! – возмутился я, на что нахалка лишь продолжала хихикать, пихая меня в бок.

– Поверь мне, Лёва, тебе лучше быть в курсе происходящих в моем организме событий, не то будет как в прошлый раз. Хочешь повторения? – поддразнила она меня, вспоминая случай, когда я, не подумав, задел ее, и она разревелась.

Я всё еще не привык к тому, что она в такие дни бывала до ужаса чувствительной и злой, являя собой взрывоопасный коктейль из эмоций.