Гезат

Удар получился не смертельный, хотя есть шанс, что проломил череп, зато заставил помпеянца опустить щит. Такова натура людей — увидеть, как им сделали больно. Вот тут-то я и наношу колющий удар в прищуренный левый глаз с черным зрачком, расползшимся на всю радужку. Острие влезает сантиметров на пять. В то же самое мгновение чувствую ответный удар в свой щит на уровне живота. Взял бы противник немного ниже — и, если бы не выдержала кольчуга, а она бы расползлась при сильном уколе гладиусом, я был бы ранен в верхнюю часть бедра.

Выдергиваю саблю и, хотя мой противник еще продвигается вперед, поддавливаемый стоящим сзади соратником, наношу удар его соседу слева, который пытается воткнуть гладиус мне в бочину, а мой подчиненный, стоящий позади и справа от меня, не дает это сделать, подставляет щит. Сабля рассекает железный шлем с правого бока ближе к затылку, но влезает не глубоко, разве что шкуру порезала. Наношу в исступлении еще три быстрых и коротких, и в последний раз клинок попадает в первую рассечку и наносит глубокую рану.

Помпеянские легионеры вдруг ломают строй. Те, что справа от меня, быстро смещаются к «ворону», чтобы перебежать на квадрирему. Это на них сзади напали наши соратники, которые поднялись на главную палубу через носовой люк. Задержка была потому, видимо, что подождали, когда их наберется достаточное количество, чтобы появилась смелость подключиться к сражению. Я догоняю одного врага у «ворона» и срубаю косым ударом от левого плеча к правому подреберью. Правда, клинок застревает, даже не дойдя до позвоночника.

С трудом выдернув саблю, толкаю пораженного щитом, чтобы освободил путь, и уже на сходне «ворона» догоняю еще одного и бью выше, по шее. Он падает вправо, в просвет между бортами, застревает почти у воды на пару секунд, пока суда не разойдутся, и, как мне показалось, с неприлично громким всплеском отправляется мерить глубину. Наверняка шум произвело что-то более громоздкое, но мне некогда выяснять, что именно.

Вслед за двумя уцелевшими, удирающими помпеянскими легионерами я выхожу на полубак квадриремы, где с десяток лучников и пращников обстреливают моих соратников, подплывающих на лодках.

Эти без доспехов и даже без шлемов, только кожаные куртки и шапки по холодноватой для этих мест погоде. Я секу их быстро и не выцеливая особо. Успеваю завалить четверых, после чего остальные сыпанули с полубака в сторону кормы, подгоняемые уколами гладиусов воинов с либурны, которые перешли на квадрирему вслед за мной.