Гезат

Всадники поскакали вслед за мной, разворачиваясь в лаву, а пехотинцы схватились покрепче за гривы лошадей своих напарников и довольно резво побежали рядом с ними. Мы неслись навстречу врагу, и копыта сотен лошадей отбивали гулкую дробь на мокрой после дождя земле. Поймал себя на мысли, что мне это чертовски нравится, что перестал бояться, что начал получать кайф от боя, от состояния, когда все чувства обострены до предела, потому что нет права на ошибку.

Наша решительность смутила противника. Может быть, подумали, что это очередная подляна, что за холмом ждет большой отряд, а может быть, просто струсили, но резво принялись разворачивать лошадей и удирать.

Задние не сразу поняли, в чем дело, из-за чего получилась сумятица, давка. Пока они разобрались, я успел доскакать и поразить пикой двух кельтиберов — молодых парней в кожаных шапках и куртках, заменяющих доспехи. Мои подчиненные сбили еще десятка три врагов, однако остальныеуспели оторваться метров на сто, и я решил не гнаться за ними. Как бы самим не оказаться в западне. Вполне возможно, что за следующим холмом находится вражеский легион. Германцы быстро собрали трофеи. Двух лошадей и оружие убитых мной отдадут мне, когда вернемся в лагерь, а остальное поделят."

"За следующим холмом, в узкой и длинной долине межу ним и соседним, находилось целых шесть легионов: два наших отбивались от четырех вражеских, которые, разделившись на пары, нападали с двух сторон. Видимо, удравшая от нас конница должна была подняться на холм с противоположной стороны и с него ударить во фланг нашим.

Сражение шло вяло. Закаленные в боях цезарианцы легко отбивали нападения малоопытных и обленившихся помпеянцев. Последние, к тому же, не рвались погибнуть за разборки в Риме, которые, как нам говорили пленные, никаким боком не касаются их. Легионерам в тихих и спокойных испанских провинциях до задницы, кто будет править Республикой, если им вовремя будут выплачивать жалованье. Не знаю, что сказали легатам конники, видимо, сильно приврали, чтобы оправдать свою трусость, но ближний к нам легион заканчивал перестраиваться фронтом в нашу сторону, готовясь отбивать нападение. Четыре когорты уже перегородили центральную часть долины, образовав стену щитов. Еще шесть пристраивались к ним на флангах.

Атаковать с пятью сотнями всадников построившийся легион у меня не было желания. Я знаю, что все равно диктатором будет Гай Юлий Цезарь, так что нет смысла рисковать жизнью. Тем более, что победителем объявят Квинта Фабия Максима.