Гезат

Две забрали сразу, две — на следующий день, а остальные — через день купил один человек, явно не местный и очень влиятельный, потому что возле него вертелись все местные чиновники, включая таможенника, и норовили подкрасться незаметно и лизнуть. Звали этого богача Фокас (Тюлень по-гречески). У меня появилось подозрение, что это кличка, потому что очень толст, ходил с трудом, широко расставив руки, словно хотел кого-нибудь поймать, и быстро задыхался, поэтому чаще перемешался на портшезе, который несли восемь рабов.

Черная курчавая борода заплетена в косички, завязанные золотистыми ленточками, что сейчас не в моде, встречается редко. Туника из льна, покрашенного пурпуром. На толстенной шее, немного ниже тройного подбородка, висело ожерелье из золотых бляшек с изображением женской головы со вставшими дыбом волосами. Наверное, это эринии — греческие богини мести, которых римляне называют фуриями. Кстати, одну из эриний зовут Мегера — распространенное у русских обращение к любимой женщине, особенно к тёще. На каждом пальце богача по золотому перстню с полудрагоценными камнями разных цветов. Отдышка не мешала Фокасу говорить много и быстро. Задав вопрос, не ждал ответ, а сразу произносил следующий.

Такая манера ведения переговоров меня раздражала, поэтому отвечал только на те вопросы, которые мне понравились:

— Да, я на службе в римской армии… Выполняю приказ проконсула Марка Туллия Цицерона очистить побережье от пиратов… Мне плевать, что это владения царя Антипатра.

Если он пособник пиратов, то будет считаться врагом Рима со всеми вытекающими последствиями… Нет, никому и ничего платить здесь не собираюсь, кроме обычного торгового налога. Хватит того, что заплачу Цицерону… Марк Туллий Цицерон, действительно, не берет мзду, а его брат очень даже…

Из этого разговора я сделал вывод, что Фокас служит царю Антипатру, покровителю пиратов, для которого и купил галеры. Уверен, что через несколько дней они выйдут в море с прежними экипажами и намерениями.

108Путь домой был легким и быстрым. Все эти дни мои подчиненные обсуждали, как потратят призовые. Чего я только не наслушался! Сделал вывод, что полет фантазии не зависит от эпохи. Как и предрасположенность к нищете или богатству. Некоторым, сколько денег ни давай, все равно останутся голодранцами.

В Тарс прибыли как раз в то время, когда Марк Туллий Цицерон начал паковать сундуки и баулы.