Фиктивная мама для дочки олигарха

Скажи, ты же никогда меня не бросишь? Ты мне как мама!

Это слова падают на сердце каплями живительного эликсира. Я знаю, что пора менять свой горячий нрав, ведь любое мое решение теперь отразится на Соне.

– Я люблю тебя, Соня! Ты мне не как, ты мне что дочка!

Мы долго обнимаемся с девочкой, молча думая каждая о своем. Не знаю, что творится сейчас в детской головке, но надеюсь, ничего ужасного она больше не думает. А вот у меня созрел план. Я должна поговорить с Владом и расставить точки над «И».

Да, я сама согласилась быть няней Сони, но он непосредственно руководил процессом, и не только от меня, но и от него зависит психическое состояние его дочери.

Нажалевшись, мы с девочкой выходим на кухню, где Ольга Владимировна уже готовит завтрак.

– О, мои девочки проснулись! Я уже думала идти вас будить.

Я закусываю губу, не зная, как реагировать на все это. Ведь женщина по-любому слышала, что мы с Владом поссорились, а еще, скорее всего, слышала наш разговор с Соней, но решила не мешать.

– Доброе утро! – вежливо роняю я и сажусь за стул.

Мама Влада улыбается, будто ничего не произошло, и выкладывает нам на тарелки горячие блинчики.

– Вперед! Налетай! – командует она, пододвигая варенье.

Я делаю нам с ней кофе, а Соне по заказу варю какао. Позавтракав, мы решаем заняться своими делами.

Пока Соня комментирует «Русалочку» и возмущается поведению морской ведьмы, я обдумываю, что скажу Владу.

***

Вечер наступает слишком быстро. Я все жду Влада, но он не появляется. Приходит его мама, и мы с Соней кормим ее вместе приготовленным накануне ужином из стейка и овощей.

Долго пьем чай в гостиной, пока на город не опускается ночь. Влада так и нет. Хочется спросить Ольгу Владимировну, где он, но гордость не позволяет. Она же может спросить в ответ, не знаю ли я, где он, и что тогда отвечать?

Соня начинает зевать, и я иду ее укладывать. Уткнувшись носом в мое плечо, девочка засыпает. А я еще долго лежу рядом с сопящим котенком и глажу ее по волосам. Вдыхаю сладкий запах и жмурюсь от удовольствия. Мне кажется, я знала ее всю жизнь.