Ефрейтор. Назад в СССР. Книга 2 (СИ)

Андрей несколько минут колупался под рулем, что-то там скручивая, потом выскочил из кабины, отрыл боковую крышку, влез туда, пощелкал чем-то — наверное, насос прокачивал. Вернулся в кабину. А я остался в кузове, вооружившись Калашниковым.

Движок ЗиЛ-164 в ночной тишине загрохотал так, что наверняка даже глухой услышал. Я от досады аж скривился. Ну все, сейчас начнется…

Секунд сорок Андрей выжидал. А когда в воротах показался какой-то душман — скорее всего, тот самый ишак, что был владельцем сего агрегата. Что-то закричав, тот принялся махать руками, бегая туда-сюда перед машиной.

Ну, оно и понятно, ведь в кишлаках живут не только боевики, там крестьяне, из которых большая часть это торговцы, строители. Еще женщины, старики и дети.

— Да иди ты в пень! — крикнул Андрей и выжал педаль газа.

Грузовики тронулся с места, фары включать не стали — неудобно, конечно, но так безопаснее. Конечно, был риск налететь на стену или в какую-нибудь канаву… Душман попытался открыть дверь, но я навел на него ствол и тот, заметив меня, сразу же отвалил.

Андрей повел машину вперед, пока на пути было чисто.

Свернули налево, прямо. Я держался за борта, держа автомат наготове. В принципе ничего феноменального не происходило — мало ли куда ЗиЛ поехал? Его тут наверняка все знали. Время, правда, неподходящее, ну да ничего…

Примерно через минуты полторы, мы последний раз свернули и увидели прямую дорогу, выходящую из кишлака.

Я хлопнул ладонью по крыше и водитель ускорился.

"Но тут началось. Впереди показались два бегущих навстречу вооруженных моджахеда, знаками показывающие остановиться.

— Жми! — крикнул я, склонившись к окну с водительской стороны. — И фары врубай по моей команде!

— Понял! — ответил тот, резко вдавив педаль газа.

Машина ускорилась — конечно, резко не получилось, это ведь не трехосный вездеход КамАЗ 5350. Силовая установка всего на сто лошадей. Да и то, от безупречного обслуживания и «хорошей» жизни у абреков, движок явно был уставший.

Видя, что транспорт не останавливаемся, они вскинули оружие.

— Врубай свет! — заорал я, снова склонившись к кабине.

Андрей и включил. Правда, загорелась только одна — от второй, судя по всему, осталось одно название.

Тусклый свет свое дело сделал лишь наполовину — душманы не стали стрелять. А вот я, пристроив Калашников поудобнее, начал бить одиночными. Срезал одного, второй успел убраться в какой-то проулок.