Невольный брак

— Но…

— Повторюсь: что вы здесь делаете? По какому праву явились сюда?

— Я хотела поговорить, — уже намного тише, без прежней уверенности в голосе ответила брюнетка.

— О чем? Неужели это было столь срочно, что вы осмелились проникнуть в мои покои?

— О нас.

— О нас? — послышался смешок мага. — Нет больше никаких нас, лира Элоиза. И не будет! Вы сами сказали, что не собираетесь выходить замуж за ищейку, пусть и главную в империи.

— Прости, я погорячилась тогда, — в данный момент мне представилось, как она хлопает ресницами и томно смотрит на Тонли, состроив милое личико.

— К сожалению, лира Элоиза, должен вас разочаровать: ищейками не становятся, ими рождаются. Хоть я и покинул пост, в душе по-прежнему ощущаю себя дознавателем. И так будет до конца моей жизни. Теперь же прошу оставить меня одного.

— Ламир, я люблю тебя! И дня не было, чтобы я не думала о тебе! — сквозь всхлипывания прозвучало пылкое признание, полоснувшее по сердцу.

— А я вас нет. И, похоже, вспомнили вы обо мне лишь после смерти лэра Аарона Тонли. Кстати, ваша карета находится в полной исправности. Да и никаких поломок, как оказалось, не было. Так что можете со спокойной душой продолжить путешествие.

— Памир…

— Вы меня задерживаете, лира Элоиза. — послышалось грозное высказывание дознавателя, вслед за которым раздались громкий стук захлопывающейся двери и торопливые шаги по коридору.

Я оперлась спиной о холодную стену, и на моих губах тотчас заиграла довольная улыбка.

Глава 51

Этим утром мне понадобилось больше времени, чем обычно, чтобы привести себя в порядок. Недостаток сна сказался на внешности: кожа на лице лишилась естественного сияния и потускнела, выдавая накопившуюся усталость. Да и прическу я попросила горничную сделать по последней моде, но не слишком вычурную. Следовало хоть немного придать себе весомости в глазах незваной гостьи.

Однако, к моему удивлению, Ламир завтракал в полном одиночестве.

— Ваше предложение отправиться в Дельтаун сегодня все еще в силе?

— А разве для этого возникли какие-то преграды?

Дознаватель был неглуп. Хоть его широкая бровь и округлилась вопросительно, несомненно, он понял, чего я добивалась.